Но как?
Они готовились предельно тщательно. Громов лично изучал досье на обе цели. Милорадович — сильный, опытный маг старой школы, но он был один, и на свои вечерние тренировки в заброшенный цех всегда ездил без личной охраны. Против тринадцати таких бойцов шансов не имел даже он.
Второй — Дмитрий Волконский, младший советник Министерства Магических Ресурсов. Изначально Громов вообще не понимал, кому и зачем понадобился этот никчемный чинуш. Заказ казался откровенной дуростью, капризом кого-то большого и влиятельного (своего прямого нанимателя Громов знал как Максима Соколова, а вот кто стоял над так называемым Соколовым — нет, да и не горел желанием знать). Но с каждым неудачным покушением закрадывалось странное подозрение, будто наверху что-то знали, и мишень на его спину повесили не просто так. Волконский оказался аномально живучим.
Именно из-за последнего группа и вооружилась огнестрельным оружием, магострел он каким-то образом умел отключать. Порох и свинец должны были нивелировать этот фокус, а броники — его пистолет и кинетику. Группа имела абсолютное тактическое и численное преимущество, прикрытие маскировочных чар, умела ставить мощные постоянные щиты.
И все равно провалилась.
Так что же, Волконский удивил? Вряд ли.
Громов потер колючий подбородок, вспоминая строки из досье, которые читал еще перед первым покушением. Тридцать лет, лишний вес, хронический алкоголизм, трусость, нулевые амбиции. Только в последние пару месяцев в этом человеке наметились перемены, но стать сильным за столь малый срок невозможно.
И все же… Надо бы с ним разобраться, и поскорее, если его все-таки не убили на той заброшке. И в этот раз уже не сдерживаться в мерах. Если он и выжил, то наверняка, как минимум, высох, и нападения не ждет. Самое время бить наверняка, не давая ему передышки.
Что там про него в досье писали? Разительные изменения в характере начались с пожара, из которого он еще и Милорадовича спас. То есть, можно утверждать, что в огне пожара родилась эта новая проблема.
Данное наблюдение подсказывало интересную и весьма ироничную идею.
Глава 23
Домой мы ехали в молчании. После драки накатила приятная усталость, ощущение расслабленности какой-то, а чувство пусть промежуточной, но победы, грело душу. Имелось желание это дело отметить, порадовать себя — но не в традициях прошлого Волконского.
Я свернул с маршрута, и через некоторое время припарковал самоход возле магазина бытовой техники.
— Ты что тут забыл? — спросил Баюн, выглядывая в окно. — Решил купить новый утюг, чтобы пытать пленных? У нас вроде старый еще рабочий.