— Ну… Это самое… — выдавил я. — Обычные такие. Женские. И одна мужская.

Выглядел я в этот момент, наверное, как полный кретин. Великий комбинатор, гроза преступности, который не может купить браслетик, не облажавшись. Спланировал операцию, а патроны забыл.

Игнат Васильевич смотрел на мои манипуляции с доброй, снисходительной усмешкой.

— «Обычные» — это понятие растяжимое, Дмитрий Сергеевич. У моей дочери ручка как спичка, а у супруги — кость широкая. Без мерки делать — только материал переводить.

Я вздохнул, признавая поражение.

— Понял. Виноват. Исправлюсь.

— Давайте так, — предложил мастер. — Вы сейчас позвоните, уточните. А я пока материалы подготовлю.

— Сейчас уточню.

Я достал телефон. Кому звонить? Василисе? Она сейчас не в том настроении, чтобы обсуждать бижутерию, да и сюрприз испорчу. Родителям Ильи? Странно будет: «Здрасьте, я начальник вашего сына, который в коме, померьте ему руку».

Мария.

Она секретарь, она женщина, она наблюдательная. И она сейчас, судя по «Весам», не в приемной — значит, в лаборатории скорее всего, и Василису сможет спросить сама, если не знает.

Я набрал ее номер.

— Алло, Дмитрий Сергеевич? — голос Марии дрожал от напряжения. Она ответила после первого же гудка. — Что-то случилось? Вы в порядке?

— Да, все отлично, — поспешил я успокоить ее. — Жив, здоров, на свободе. У меня к вам будет странный вопрос…

— Да, конечно, спрашивайте! — выдохнула она с облегчением.

— Мария Ивановна, какой у вас обхват запястья? В сантиметрах.

— Шестнадцать, — ответила она мгновенно, без запинки. Девушки такие вещи знают.

— Отлично. А у Василисы Дмитриевны?

— Ой, не знаю… Но она тут, рядом. Сейчас дам трубочку.

— Нет, просто спро…

Поздно. Послышался шорох, звук перекладываемого телефона.

— Дмитрий? — голос Василисы был настороженным и усталым.

— Василиса, привет. Скажи диаметр запястья.

— Диаметр… Запястья? — недоуменно спросила она. — Волконский, ты чем там занят? Я думала, ты наконец-то за ум взялся, решил на дно залечь! А ты что, по магазинам ходишь?

— Вопрос твоей безопасности, — коротко ответил я, игнорируя шпильку. — Говори диаметр.

Послышался тяжелый вздох.

— Ну… Обычный?

Я едва сдержал внутренний смешок. Приятно знать, что я не один такой «инженер», который в человеческих габаритах плавает и мыслит абстракциями.

— Вот и я говорю «обычный», но этого мало, — сказал я. — Точный скажи. Возьми сантиметровую ленту, или заклинанием померь. Я жду.

— Ладно, сейчас… — послышалось шуршание бумаги и стук чего-то пластикового. Через полминуты она вернулась: — Семнадцать с половиной. Если плотно.