— То есть вы, несмотря на эти предупреждения, все-таки пытались пробиться в закрытую зону? Это как раз и похоже на саботаж, ваше сиятельство, — хмыкнул Брусникин. — Я уже представляю ответ, но все же поинтересуюсь: получили вы какие-либо инструкции от предыдущих владельцев? Есть ли у вас должным образом оформленная гарантия производителя? Какое-то соглашение об обслуживании комплекса? Как вообще передавались дела при переходе собственности?

— Инспектор, вы должны понимать, что передача отнюдь не была добровольной, — пробурчал Вележев. — Мы приняли меры, чтобы предыдущие владельцы как раз не могли как-то повредить или отключить комплекс.

— Иначе говоря, захватили Проект насильственным образом и выставили весь коллектив за дверь?

— Мы хотели оставить коллектив, но никто из сотрудников не согласился продолжить работу. Да и мы не могли бы им доверять. Даже камеры везде расставили.

— Ладно, пробуйте вскрыть этот кожух, — махнул рукой инспектор. — Это и впрямь лучше сделать в моем присутствии.

Вележев жестом подозвал пару работяг с ломами. Они без каких-либо проблем выломали стенку закрытой зоны.

— Это шутка какая-то? — сквозь зубы поинтересовался Брусникин.

— Да вот же, вот же он — саботаж! — воскликнул графеныш.

В производственной зоне, конечно же не оказалось никакого оборудования. Только небольшая кучка мусора, которую успел закинуть туда прекрасно работающий на обычном электричестве конвейер.

— Я не знаю, что здесь происходит, — процедил Брусникин, с трудом сдерживающий ярость. — Вы взяли на себя обязательство избавиться от груза. Я даю вам три дня на выполнение своего долга. После этого я доложу о ситуации лично государю императору.

— Но послушайте, это все чертов Беринг! — воскликнул Вележев.

— Что сделал ваш Беринг? Украл за ночь производственный комплекс размером с дом? Может быть ваши хваленые камеры записали, как кто-то чужой шурует на свалке? Если найдете неопровержимые доказательства, предъявляйте. Тогда я задам вопросы Берингу. А если нет — мой вам совет, ваше сиятельство, просите этого вашего злого гения, чтобы он пришел вам на помощь, потому что вы явно неспособны сами себя спасти. И чтобы у вас не появлялось остроумных идей, как избавиться от цистерн, я запрещаю вывозить их за пределы свалки. За этим будет следить круглосуточный полицейский патруль, о чем я распоряжусь немедленно! Три дня, граф, три дня!

* * *

Вечером судья Евгения Степановна Малинкина заснула у себя в постели, а пробудилась уже на улице, к счастью, безлюдной, так что её ночную сорочку никто не увидел. Вместо привычной спальни с классическими полосатыми обоями она очутилась в незнакомом городе, напомнившем ей европейские курорты, где она часто бывала. Повеял ветерок, и ей почудился запах моря.