— Мы не любим лемпингов, — проворчал Малантис.
— Знаю, майариды всю жизнь с ними воюют. Так вот, если я открою не просто проход, а транспортный узел, будет трудно найти другую дверь в наш сектор. А угрозы в маленьком пространстве я смогу контролировать. Особенно, когда получу доступ к своим запасам силы в Эритии.
— Говоришь, сможешь контролировать? А если не сможешь? — ехидно осведомился Малантис.
— Если прорвется сила, с которой даже я не справлюсь, я буду рад, что прорыв произойдет под боком у высших. Извините за мой прагматизм, но ваш город по соседству — лучшая гарантия безопасности.
— Вот нахал, — со скрытым восхищением буркнул скептик.
— Нет, Малантис, он прав. Раз уж время пришло, нам лучше держать события под контролем.
— Ну вот и отлично, — оживилась Зерана. — Пусть мальчик занимается своими детскими делами, нам не жалко.
— Не так быстро, — рявкнул вдруг третий.
— Ты же сам с ним согласился, Рак’шур! — изумилась Зерана.
— Он много наговорил про свои силы, но пока что лишь сумел с нами поздороваться. Я хочу посмотреть на него в деле. А заодно извлечь пользу.
Я как раз ждал какого-то торга. Сам факт, что он начался, говорил, что дело сдвинулось с мертвой точки.
— Чего же вы хотите?
— Ты любишь наводить чистоту. Не удивляйся, я многое могу прочесть в твоей ауре.
— Я и не удивляюсь, — пробормотал я себе под нос.
— Помнишь, откуда вылетели смерчи? Там немного грязно, а мы не очень любим убираться, мы все же — высшая каста, а не какие-то неприкасаемые.
— Где ты этого набрался, Рак’шур? — поинтересовалась Зерана.
— Кто-то же должен следить за соседями. Короче говоря, человеческий детеныш, вычисти и наши завалы, тогда и продолжим беседу.
— Ладно, прямо сейчас и займусь, — ответил я покладисто.
Я вернулся на физический план и полетел в сторону, откуда ранее показались торнадо. Как я и ожидал, высшие веками сливали в маленькое мертвое море энергетический шлак.
— Как ты собрался это убирать? — прозвучал у меня в голове голос Малантиса.
— Светом! — ответил я, улыбаясь. — зажмурьте глазки, сейчас тут будет ярко!
Глава 19
Мы сидели в приемной Генерального Директора АЗЛ, что гордо расшифровывалось «Автомобильный Завод Ласточкина». Так звали основателя концерна, который создал прототип массового российского автомобиля в середине прошлого века. Злые языки утверждали, что он целиком и полностью слизал концепт у итальянского Фиата, причем уже тогда модель-прототип считалась устаревшей.
Это не помешало фабриканту купеческого происхождения получить дворянство, а после и княжеский титул. Энтузиазм рода Ласточкиных иссяк со смертью отца-основателя лет через двадцать после основания завода. Половина акций концерна была выкуплена государством, остальные разошлись на бирже, так что от семейства в автомобильном бизнесе осталось только красивое название. Прекрасный вклад, я считаю.