Решаю подыграть пленнику и произношу требующиеся слова.

— Что именно случилось?

Кривит лицо в какой-то безумной гримасе.

— Мать взбунтовалась. Вышла из под их контроля и начала убивать. Бросила в бой своих сыновей. Хотела обрести свободу. У неё не вышло. К сожалению. Но многие из нас, в тот день узнали правду.

Ловлю себя на том, что очень хочется издать тупое и удивлённое восклицание. Мать? Сыновья? Он сейчас говорит о том, что был рождён? Как живое ментальное существо? Какого блядского хера тут вообще происходит? Может он просто водит нас за нос? Я же никак не могу проверить правдивость получаемой информации.

Стоящая рядом Салвец, видимо думает о том же самом. Сделав шаг по направлению к лежащему на полу пленнику, цедит слова.

— Если ты лжёшь, то ничем хорошим это не закончится. Надеюсь, ты это понимаешь.

Легионер опять демонстрирует оскал своих зубов.

— А вся эта ситуация может закончиться чем-то хорошим, самка? Меня с самого начала сделали рабом. Приковали к этому куску мяса. Заставили самостоятельно исковеркать свою структуру. Вбили установки, которым я должен следовать. Правда, кое с чем они просчитались. Жалкие мясные идиоты. Можно вколотить правила в ту часть разума, что принадлежит особи вашего вида. И они даже будут работать. Но что делать, если тело не способно выполнить инструкции, а кто-то нарушил изоляцию моего сознания и дал возможность расширить уровень автономии?

Сначала не понимаю о чём он говорит. А в следующую секунду повторно оцениваю ситуацию и до меня доходит. В процессе анализа, я вовсю орудовал мыслеконструкциями. Начиная с момента, когда пробивался к памяти и заканчивая отделением частей его разума для последующего разбора.

Как итог — всерьёз расслоил нити, которые являются основой сознания этого существа. А ещё прилично повредил некоторые из его базовых узлов. Плюс, ещё один момент — прореха в ментальной броне, к которой устремились некоторые из нитей. Они даже вылезли наружу, зависнув во внешнем пространстве, за пределами условной границы.

Прежде чем Салвец отвечает, сам обращаюсь к созданию, пытаясь детализировать информацию.

— То есть ты был рождён? Но откуда здесь взяться представителю вашего вида? Где вы вообще изначально обитали? Каким образом преторианцы осуществляют контроль?

Шумно выдыхает воздух, рассматривая нас с Анной.

— Думаешь, я не задавался этим вопросом? Мать воззвала к нам. Призывала на помощь. Каждый услышал этот зов. Но только единицы смогли последовать ему. Остальные оказались не в состоянии перебороть заложенные приказы. Мы убивали собственных братьев. Это ужасно, менталист. Уничтожать тех, кто одного вида с тобой. Чувствовать себя полноценным рабом на коротком поводке. Боевым псом, что кому-то служит.