Цао кивнул. Не похвалил, но кивнул, и я уже знал, что этот кивок стоил десяти похвал от кого угодно другого.

— Следи за хвостом, — сказал он. — Даже дохлый может дёрнуться и достать тебя. Рефлексы у них работают минут пять после смерти. Хреновая была бы история, приволочь тебя обратно с парализованной ногой.

— Учту, мастер.

— Учти, учти. Знал бы ты, сколько учеников калечились о дохлых тварей, потому что торопились ядро вырезать и не ждали, пока тушка остынет. Один мой знакомый, между прочим, тоже кузнец, потерял три пальца на левой руке именно так. Сунул руку в паучиху, а та возьми и сомкни жвалы, хотя ей голову снесли за минуту до этого. Три пальца. Хрясь, и нет. Ничего, приспособился, но он и раньше хреново ковал, так что особо ничего не изменилось.

— Жуткая история, мастер. — улыбнулся я. — А будет что-нибудь покрупнее?

— А тебе сразу не на жизнь, а на смерть надо, да? Любишь пощекотать нервишки?

Мы двинулись дальше, и бои пошли один за другим. Мы искали тварей, но скорее это они находили нас сами, шли на свет фонаря и на запах живых. И очень скоро я понял, что Третий Этаж, который Гильдия считала пустышкой, оказался не таким уж пустым.

Ещё два жука, помельче первого, я убил одного за другим, двумя быстрыми выпадами, на тек же без промахов, тело уже привыкало к новым параметрам, разница между тем, что я помнил, и тем, что имел, сокращалась с каждым ударом.

Потом какая-то тварь, которую я не опознал, мелкая, юркая, с длинным телом и множеством лапок, то ли многоножка, то ли червь с конечностями, она бросилась мне в ноги и попыталась забраться под доспех, и я содрогнулся от омерзения и ткнул копьём вниз, промахнулся, скинул ее с ноги, наступил на неё, она хрустнула, и мастер за моей спиной издал звук, который при большом воображении можно было принять за смешок.

— Эффективно, — сказал он. — Хреново, но эффективно. А мы почти пришли.

Между остатками домов, оказалась небольшая площадь, полукруглая, в центре которой находился древний фонтан. Воды там, естественно, не было. Но был новый зверь.

Ящерица, размером с крупную кошку, она сидела на валуне посреди зала, видимо, камень под ней содержал остаточный этер и отдавал тепло. Шкура её состояла из пластин, похожих на черепицу, серых, матовых, наползающих друг на друга краями, и между пластинами проглядывала тёмная кожа.

— Это мы удачно зашли, — наконец обрадовался мастер Цао. — Её прибей.

Тварь заметила нас одновременно с голосом мастера, повернула голову, и в её глазах, маленьких, жёлтых, с вертикальными зрачками, я увидел не страх, а оценку, она определяла, стоим ли мы того, чтобы на нас нападать, или лучше убежать.