Со словами своей ненаглядной дочери о том, что об этом событии всё равно узнают, он согласился, но строго добавил, что будет лучше, если огласка произойдёт как можно позже. Мол, шумиха в таких делах всегда мешает.

После социальной сети, которая немного раздула моё ЭГО, пришла очередь реала. Первым делом я столкнулся со славой, едва появившись в холле общежития. Сначала, у дверей на улицу, меня поздравил вахтер. Ничего толком не объясняя, он крепко пожал мне руку, заявив, что гордится знакомством со мной. Немного опешивший, я оказался на улице, где, помимо традиционной компании, меня ждали Палесская со своей подругой Добронравовой и Оболенский.

Встретили меня бурными овациями. За что только они мне? Глядя на восторженные лица даже тех, кто не присутствовал на дуэли, я не стал портить ребятам настроение. К тому же вспомнив, что именно обо мне писали в «Друзьях», решил расслабиться. Все равно ничего изменить уже нельзя.

Принятие поздравлений продлилось минут пятнадцать, после чего мы отправились на завтрак. По пути к нам присоединилась слегка опоздавшая Иви, с гордым видом заняв место рядом со мной и ненавязчиво подвинув изумленно посмотревшую на нее, но сдержавшуюся от язвительного комментария Фонвизину.

В столовую мы заходили, словно на дорожку Каннского фестиваля, только красного ковра не хватало. Благо автографы у меня никто не брал — взгляды говорили сами за себя. В основном, конечно, они были уважительными, хотя имелись и завистливые. Но самое главное — три пары полных злобы глаз. Некрасов. Потемкин. Плещеев. Ох, какая незамутненная, искренняя ненависть в них плескалась. Что ж, хорошо, когда знаешь, кто твой враг. Надеюсь, кроме этой троицы, к которой можно присоединить и Демидова, серьезных недоброжелателей у меня нет. Да, завистников, скорее всего, хватает, но это совсем другое.

* * *

Утро понедельника. Кабинет старшего инквизитора Афанасия Метрова.

Афанасий с изумлением смотрел на вальяжного раскинувшегося в кресле напротив него заместителя Верховного Инквизитора. Ростислав Сергеевич, одетый в невзрачный гражданский костюм, выглядел сейчас крайне непрезентабельно. Метров никогда бы не сказал, что сейчас перед ним сидит человек, обладающий огромной властью. Орден Инквизиторов уже давно проник во все департаменты Российской империи, даже в Имперской Службе Безопасности и Императорской гвардии имелись его весьма высокопоставленные агенты.

В восемь утра этот человек появился в кабинете, не предупредив своего подчиненного… Подобное в голове у Афанасия попросту не укладывалось.