Я вздохнул и Грэм обернулся.

— Мазь сделал. — показал я на шею. — Вроде даже неплохо вышло.

— Покажи.

Я сходил за мисочкой, где смешивал ингредиенты и принес Грэму. Он понюхал и сказал:

— Как будто неплохо…

Не знаю зачем, но я рассказал ему как экспериментировал с травами, в какой последовательности смешивал и как определял результат «на запах».

— А об этом ты не говорил. — вдруг сказал Грэм.

— О чем?

— О том, что можешь качество определять на запах…

— Да я как-то не подумал, что это важно, — пожал я плечами, — Но запах действительно выдает плохое качество. Я это понял еще во время первых варок, а потом начал всё больше принюхиваться, и именно запахам придавать значения.

А ведь мог об этом рассказать еще когда мы шли от Трана, но почему-то забыл.

— Ясно. — взглянул на меня Грэм, — Теперь понятно, почему отвары так быстро росли в качестве — ты знал, какие хуже. А я-то думал, как это так быстро выходит…

Он ненадолго умолк.

— Знаешь, Элиас, то что ты делаешь, сильно напоминает Дар алхимиков. Они часто так и работают — просто понимают, что это сварено плохо, а это хорошо, что эти растения совмещаются, а эти — нет. Конечно, это я о самоучках, гильдейские работают более точно. Если бы я не знал, что у тебя Дар Симбионта, то подумал бы, что у тебя алхимический Дар. Вот только двух Даров не бывает.

Я-то знал, что Дар у меня один, а алхимические успехи заслуга исключительно системы.

Вдруг я вспомнил про кошелёк, который отдал нам Тран. Я вытащил его из-за пазухи и высыпал содержимое на ступеньки. Интересно, сколько он нам «вернул»?

Два золотых. Десять серебряных. Впервые вижу в этом мире золотые и серебряные монеты, и они мне уже нравятся.

И ещё горсть медяков, штук двадцать.

Это было… много. Очень много по нашим меркам.

Грэм посмотрел на монеты, потом на меня, потом снова на монеты.

— Похоже, у Трана ещё осталось нечто вроде совести, — сухо заметил он. — Хоть и очень маленькой.

— Топор был такой дорогой? — спросил я.

— Если он не идиот, — сказал Грэм, — А он не идиот, то продал его за пять золотых. Видимо, за эликсиры с него содрали неплохо так…

Пять золотых… Выходит, у Грэма в руках всегда была треть нашего долга, просто он его не продавал, да и зачем, если это только треть суммы? Еще десять золотых для Джарла нам взять просто негде. Наверное в момент, когда он кинул топор Трану, он не только пожалел дочь Трана, но и решил, что долги мы никак не выплатим.

Что ж, раньше действительно так и было. Но теперь…теперь всё иначе.

Я смотрел на золотые и понимал, что наше положение из совершенно безвыходного вдруг стало с намечающимся вдали выходом. Два золотых и десять серебряных — это не решало проблему полностью, но это был задел, начало.