— Нет, только корень. На листья я тебе так указал, чтобы ты увидел.

Мы подошли ближе.

Растение было небольшим: куст, высотой по колено, с узкими серебристыми листьями и тонким, почти прозрачным стеблем. Оно росло прямо из переплетения корней Молчуна, словно паразитируя на нем. А может так оно и было.

— А корень слепого следа? — спросил я, доставая кинжал и осторожно срезая необходимое количество корней.

— С этим сложнее. — Грэм огляделся. — Он прячется. Буквально. Когда к нему прикасаешься, уходит глубже в землю.

— Как это возможно?

— Скоро увидишь.

Пока я занимался корнями вяза, совсем не похожего на вяз, Грэм осторожно прошелся вдоль правой стороны оврага, присматриваясь к растениям.

И если поначалу эта тишина казалась мне тревожной, то уже через пять минут я к ней привык и ощутил, как мозг словно «разгружается» от звуков леса и расслабляется. Непривычное ощущение.

Через пару минут Грэм подвёл меня к участку, где мох на россыпи камней был чуть темнее, чем на обычных булыжниках, где бегала рассветница. На первый взгляд ничего особенного, но когда я присмотрелся, то заметил едва видимый росток, торчащий из земли буквально на пару сантиметров прямо возле камней.

Грэм кивнул мне, мол, попробуй. Я оставил корзину чуть поодаль и, осторожно подобравшись, попытался схватить корень.

В тот же миг как я протянул руку, росток дернулся и исчез. Он в прямом смысле ушел в землю, словно его и не было.

Грэм хохотнул.

— Так ты ничего не поймаешь. Ничего, я помогу. На самом деле, его не нужно было ловить — достаточно было использовать лопату.

Грэм показал технику: нужно было воткнуть лопату глубоко, одним движением, и сразу выворачивать большой ком земли. Я промахнулся дважды, прежде чем поймал корень. Он был тёмно-коричневым, узловатым, и слегка извивался в моих руках, словно пытаясь сбежать даже после того, как его выкопали. Но очевидно, в отличие от Скитальца, он не мог путешествовать по земле — только прятаться в землю и все.

Была тут еще парочка полезных растений, которые я решил выкопать с корнями и забрать домой. Пока мы работали, я решился задать вопрос, который не давал мне покоя.

— Дед, ты говорил, что родился на границе Мертвых Земель. — начал я, — Можешь рассказать что-нибудь о них, потому что я почти ничего не знаю?

Грэм на мгновение нахмурился.

— А тебе зачем?

— Хочу понять откуда берётся жива, — честно ответил я. — И почему в одних местах ее много, а в других — совсем нет. Это ведь странно, так не должно быть. Я просто пытаюсь понять, как устроен этот мир. Раньше меня это как-то не волновало, но сейчас чем больше я узнаю, тем больше вопросов возникает.