Я взглянул в отражение — глаза вновь загорелись.

Черт! Только начало проходить — и тут опять.

Я не мог приказать Виа остановиться и прекратить есть или охотиться. Инстинктивно я потянулся через нашу связь, но сразу остановился. Пусть. Виа была сейчас именно собой: голодной, ловкой и свободной лианой. Ей нужны были эти минуты, когда никто не «дергает за ниточки», не приказывает «обвить», «давить», «тащить», а сама она — просто хищница. Если я отниму у нее еще и это, то что останется? Послушная плеть, которая будет ползать туда, куда я укажу. А я ведь обещал ей во время Слияния, — без слов, образами и кровью, — что не превращу её в безвольную лозу.

Я не спешил. Грэм с Траном пока сами разберутся.

— Слушай, Тран, — это был Грэм, и голос у него стал немного другим. Чуть тише, и напряженнее. — А мой топор — ты кому ты его продал тогда?

Вот как, старик решил заговорить о своем топоре? Честно говоря, я думал, что они с Траном это уже обсуждали. Видимо, нет.

— Сарху Рыжему, — без задержки ответил Тран. — Он тогда дал лучшую цену, а тебе срочно надо было. Ты же помнишь, как тогда было — я бы и сам сторговался дольше, да некогда было. Время поджимало…

Тран умолк, словно вспоминая те дни, когда его дочь была на грани того, чтобы умереть просто оттого, что никто не подсказал ему убрать то проклятое растение из сада.

— Он у него? Не перепродал? — переспросил Грэм.

— Не знаю наверняка, но не думаю. Такой топор так быстро не уходит — всё-таки немалая сумма.

— Да какое быстро, — глухо сказал Грэм. — Уже сколько времени прошло, он легко мог его продать. Да, конечно, топор уже не тот, что раньше, и зачарование слетело, но даже так…

— Грэм, — Тран помолчал. — У тебя что, деньги появились?

— Еще нет, но Элиас выращивает, ты продаёшь… Так оно потихоньку и капает. Может, месяц-другой — и хватит на топор. А то хожу с обычным, он чудом у меня в прошлый раз не сломался на ящере. Будь тварь чуть покрупнее — этим топором уже не отбился бы. А с голыми кулаками против тварей…ну, я не Джарл.

— Это да… — голос Трана стал чуть тише. — Это я тогда виноват, если б я тогда…

— Ну хватит, — оборвал его Грэм, и в голосе старика не было злости. Только усталость. — Что было, то было. Забыли. У тебя были причины, и я их понимаю.

Ну да, в чем-то, конечно, Тран прав: он виноват в том, что надавил на Грэма и тому пришлось отдать топор. Правда, то был больше демонстративный жест, но всё же…топор был отдан. Да еще и вышло, что впустую. Деньги на лечение ушли в никуда, и без моей помощи девочка бы погибла.

Думаю, это чувство вины перед Грэмом в том числе толкало его на всю ту помощь, которую он нам оказывал. Хотя, помощь ли это? Я бы это назвал взаимовыгодным сотрудничеством.