— А раньше были? — я повернулся к нему.

Он помолчал, а потом невесело усмехнулся в темноту.

— Были. Знаешь… мне не хотелось верить, что все Старейшины могут желать зла своим же собственным людям. Я много лет тут прожил. Я Хельма знал ещё тогда, когда у него кожа не крошилась. Не хотелось думать, что он мог сдать деревню, пусть и таким способом и непонятно кому. Но чем дальше, тем меньше у меня остается сомнений: либо ему пообещали что-то очень большое, либо… — он умолк, — либо он уже не он. В это я верить совсем не хочу, потому что он мне помогал…с Лориком. Без его помощи тот бы не выжил в первые годы после рождения. Я этого забыть не могу, и он это знает.

Рыхлый умолк. А подумал о том, что сужу о Хельме и остальных как посторонний человек, да и в поселке так же. Мне, со стороны легко делить всех на хороших и плохих, а вот у гнилодарцев внутри сложная история взаимоотношений. Хоть Морна и говорила, что гнилодарцы достаточно замкнутые люди, но, похоже, не все и не во всем.

Туман стелился у ног, вокруг нас кружились насекомые, а один светляк сел мне на плечо, а потом…из землянки донеслись какие-то невнятные и негромкие звуки. На фоне ночной тишины это было особенно заметно.

— Клык что-ли заговорил? — спросил Рыхлый и мы, переглянувшись, метнулись обратно в землянку.

Оказавшись у больного мы поняли, что Клык не очнулся. Он просто…бормотал.

Я опустился на колени рядом с лежанкой. Рыхлый тоже.

— … он не сам… — хрипло выдавил Клык. Его губы едва двигались. — не сам….

Я почти не дышал, чтобы слышать всё, что он говорит.

— … через него… кто-то смотрит… кто-то еще… сильный… другой… не человек…что-то другое…

Я ощутил, как у меня по коже пошли мурашки. И ведь это мог быть просто бред больного человека. Тем более, что он еще не сказал ничего конкретного. Просто слова, которые можно трактовать как угодно.

А потом Клык сказал на удивление четко:

— Пятнадцать…они забрали одного…потом еще…нас стало меньше…

Я быстро посмотрел на Рыхлого. Он был весь напряжен не меньше моего.

— … под кожей… не я был… я просто смотрел… со стороны… это странно… чужие взгляды… холодные… страшно…я должен сбежать…сбежать… рассказать…опасно…он не один…есть еще…

А потом Клык замолчал.

— Рыхлый, ты слышал? — тихо спросил я.

— Слышал.

— Ты думаешь он про Целителя? — уточнил я, — Про то, что кто-то через него смотрит? Что он всё делает не сам?

— Думаю да… Не зря Гнус говорил, что не чувствует в нем жизни — он в таких вещах не ошибается.

Я кивнул. А еще я помнил Анализ, который показывал отсутствие в Целителе жизни и присутствие некого черного ядра.