Я пошевелил руками — те немного ныли из-за того, что я держал Клыка. Все-таки этот парень крепкий.

— Поспи немного, Элиас.

Я взглянул на Рыхлого, который сидел возле Клыка.

— Я подежурю, никуда не уйду, не волнуйся. И я не усну, поверь — мне сейчас не до сна. А ты потратил слишком много живы и сил. К такому твое тело еще не привыкло — вот и платишь. Тебе нужно восстановиться хоть немного.

— А если что-то…

— Если что-то случится, я через червей услышу раньше тебя, ты тут бесполезен. У тебя просто нет таких способностей. — ответил Рыхлый. — Да и сам ты…не боец. Ложись.

Я вздохнул. Да, конечно гнилодарец был прав.

— Ладно, только недолго. Потом разбудишь.

— Сколько надо, столько и спи.

Я сел на подстилке, где был Лорик и оперся спиной о стену землянки. Рядом с мальчиком, как верные стражи, медленно и по широкому кругу ползали его улитки. Каждая оставляла за собой едва заметный влажный след на земляном полу. Они не покинули своего хозяина даже когда их связи разорвались.

Когда я привалился к стене, то сразу стало как-то легче и спокойнее. Со сном не надо было бороться — просто дать ему прийти. Эх, а ведь еще недавно самой большой проблемой для меня был Гарт и хворь Грэма. Конечно, она по прежнему остается проблемой, но такой, решение для которой уже в принципе есть, нужно только всё довести до конца. А теперь…теперь я сижу в сырой землянке и смотрю на Клыка, у которого внутри управляющий контур от существа, которое, судя по всему, не совсем живое, как бы странно это ни звучало.

Как быстро всё изменилось. Впрочем, сегодня я снова в очередной раз увидел собственную слабость при встрече с Целителем. И это было неприятно.

Ладно, раз уж Рыхлый дежурит, то можно и поспать.

ВИА.

Лиана в корзине шевельнулась.

ОХРАНЯЙ. ЕСЛИ ЧТО — БУДИ.

Короткий всплеск отклика. Я почувствовал ее сосредоточенность она поняла мою команду. По крайней мере, мне так показалось.

Душильник тоже шевельнулся, будто обиделся, что ему не поручили ничего. Я мысленно похлопал его по одному из щупалец.

ТОЖЕ СЛУШАЙ. ЕСЛИ ЧТО — БЕЙ.

Он моментально успокоился.

Я закрыл глаза и тут же провалился куда-то в глубокое, теплое, мягкое ничто.

Наконец-то сон.

Проснулся я от странного ощущения вибрации в сознании. Тревожной вибрации.

Едва я разлепил глаза, как через связь ударил резкий, острый, почти колючий сигнал. Это была не просто настороженность, а тревога существа, почувствовавшего настояющую опасность.

Виа!

Я чувствовал, как она напряглась в корзине, готовая к бою и выпустившая шипы.

Она как будто кричала через связь: «опасность! опасность! опасность!»