Целитель шел так открыто, потому что знал, что идет по своей территории, и что ни один охотник из поселка за ним сюда не последует. Знал, что для других это место — верная смерть. И ведь тут не поставишь засаду — она тут долго не проживет. Из этих мест могут просто выскочить Гиблые, перебить всех, и на этом вся засада закончится. Это сейчас их вылазка неожиданность, но если тут сидеть и ждать Целителя, ничем хорошим это не закончится.

— Командир, — глухо позвал Вран. — Следы?

— Уходят туда, — Джарл коротко мотнул подбородком в сторону тумана. — Других нет. Обычный способ Гиблых скрытся. Всегда им пользуются. Других следов нет?

— Точно нет, — ответил Дрон. — Псы всё обошли — вокруг чисто. Только этот один след — и тот в туман.

Дрон помолчал и тихо, очень тихо, спросил:

— Ну что, Джарл, возвращаемся?

Джарл стоял еще минуту размышляя. Засаду все-таки нужно будет сделать, но как сделать это так, чтобы никто не погиб? Чтобы самим не попасть в ловушку? Поход ничего не дал, кроме того, что они увидели участок Сумрачья куда ускользнул целитель. Однако это с таким же успехом мог быть любой другой участок. Спугнули ли они его? Или он продолжит ходить в деревню?

Здесь, на этой границе, охотники могут умереть и просто от тумана. Достаточно одного неверного шага в неудачную сторону, одного порыва ветра, который вдруг сдвинет эту стену чуть ближе — и всё. Минута, две — и нет человека.

Гильдия сейчас и так на разрыв: патрули по всей Кромке, расширение, охрана поселка, перекрытие троп… Свободных людей нет, и тех, кого можно потерять, тоже нет.

Как быть? Как поймать тварь?

Нужно подумать. И если что, придется придавить гнилодарцев — без этого ничего не выйдет.

— Возвращаемся. — сказал Джарл.

Льмер шумно выдохнул. Только сейчас Джарл заметил, что тот всё это время не дышал нормально.

— Тихо, — коротко бросил Джарл. — Без шума. Назад тем же путём. Дрон, твои псы — первыми.

— Поняли, командир.

Они развернулись и пошли обратно.

Джарл шел последним и один раз обернулся.

Чёрная стена стояла там же — не двинулась, не шевельнулась.

Джарл возвращался недовольный. Когда ты отправился в преследование и не добыл голову врага — это неудача, как ни крути. Однако Кромка, родная Кромка, встретила его пением птиц и стрекотанием сверчков. После Сумрачья это был разительный и приятный контраст. Дрон расслабился первым: его псы снова бежали впереди, низко опустив носы, бодрые и подтянутые, словно и не было того жалкого скулежа. Джарл шёл и думал о том, что нужно срочно сообщить алхимикам о тумане, следах, и о том, куда уходит Целитель. Если Сумрачье — это и есть его логово, то цепь начинает складываться в одну ниточку. Только вот непонятную и запутанную ниточку.