[Алхимия +1%]

Да, это был новый рецепт, пусть и на базе старого, и система это отметила.

[Регенерирующая мазь (Особая).

Качество: Хорошее (68%).

Свойства: Мощная регенерация тканей. Обезболивание.

Дополнительное свойство: Незначительная устойчивость к воздействию Черной Живы в нанесенных участках тела]

Я выдохнул с облегчением. Вышло!

Основа мази могла впитывать свойства и других ингредиентов, не связанных напрямую с регенерацией, а именно этого я и побаивался.

Я довольно улыбнулся и посмотрел на Виа. Она — не просто мое оружие, она в каком-то смысле идеальное средство защиты. Чем больше она будет поглощать черной живы, чем больше будет количество этих черных точек, обозначающих ее устойчивость, и тем ценнее будет ее плоть. И если я могу сохранять ее свойства посредством мази и не только, то это открывает передо мной огромные возможности.

Виа, уловив мои мысли о том, что я оцениваю ее как «ценный ресурс», тревожно зашевелилась. Ей эти холодные, прагматичные идеи категорически не понравились.

НЕ ВОЛНУЙСЯ , — мысленно успокоил я ее, —МЫ СДЕЛАЕМ ТЕБЯ ТАКОЙ ОГРОМНОЙ, ТОЛСТОЙ И СИЛЬНОЙ, ЧТО ПОТЕРЮ ПАРОЧКИ ОТРОСТКОВ РАДИ БЛАГОГО ДЕЛА ТЫ ДАЖЕ НЕ ПОЧУВСТВУЕШЬ.

Она недоверчиво фыркнула через эмоции, но затем немного успокоилась, свернувшись плотным клубком на столе.

Меня же заботило другое: поможет ли эта мазь с такими жуткими ранами, как у Рыхлого? Ведь устойчивость — это одно, а лечение — совсем другое. Наверное дам Рыхлому два варианта мази, — обычную и эту, особую, — и попрошу его сообщить, какая из них эффективнее и есть ли вообще разница на практике.

Я оставил мазь на столе и вышел на крыльцо, где с наслаждением потянулся. Солнце всё еще припекало. Рядом, на нагретых досках, блаженно умостилась Рассветница, впитывая тепло. Даже не заметил, когда она успела выскользнуть из очага.

Мне не дали как следует отдохнуть, потому что через минуту смутно знакомая, чуть сгорбленная фигура появилась у нашего забора.

Пришлось встать и подойти к калитке.

— Есть кто дома? — насмешливо, с легкой хрипотцой спросил старик, по телу и одежде которого то и дело перебегали мелкие, шустрые ящерки.

Волк Трана, дремавший прямо у калитки, лениво поднял голову и, издав низкий, предупреждающий рык, глянул на меня с вопросом в глазах. Мол, враг это стоит у забора или друг?

— Спокойно, — кинул я волку. — Это…свой.

Огромный зверь понял мои слова, перестал рычать и снова положил морду на лапы, хотя настороженности не потерял.

Я повернулся к гостю.

— Вы же… Кирос? — уточнил я окончательно узнавая человека. — Вы у нас покупали яйца ржавозубов.