Надеюсь, Влас без меня справится. Пленники, конечно, вели себя покладисто, но я не обольщался — Власа они не боялись так, как меня. Оставляя его одного с ними, я рисковал. Но вот хотелось мне повидать некого мастера Дика, и всё тут.

В Ветерке проживало около трёх тысяч жителей. Город стоял на возвышенности над небольшой речкой в окружении полей, огородов и пастбищ. Пара дорог вела в огромный лес на востоке, одна на каменоломню, и одна основная на запад — к центру Катары. По факту Ветерок был одним из крайних поселений на востоке страны, дальше был только неосвоенный цивилизацией лес. Здесь было ощутимо холоднее, чем в тех местах, где путешествовали мы с Власом, и это было хорошим поводом надеть плащ, под которым легко пряталось моё стрелковое оружие. Под глефу мы никакого крепления не нашли, поэтому я нёс её в руках, легкомысленно помахивая и сшибая идеально заточенным лезвием разноцветные верхушки росших вокруг колючек.

С каждым срезанным цветком оружие всё больше становилось моим, чувствовалось как продолжение рук. А в голове рождались разнообразные связки ударов, чему я только радовался, но уже не удивлялся.

Периодически я сверялся с картой на экране небольшого, размером с пару ладоней, планшета. Я ухмыльнулся, вспоминая с какой неохотой трактирщик выдал мне информацию об этом устройстве…

До восточной границы города оставалось идти четыре часа. Дом мастера Дика с прилегающим зданием школы располагался на окраине города, но с противоположной западной стороны. Поначалу я хотел обойти город, но потом решил, что в этом нет особого смысла. Быстрее будет пройти напрямую.

Выйдя из леса, я быстро нашёл тропу, а потом и дорогу. Мысленно их разделив таким образом: тропа — это где ходят только ногами, а дорога — где ездят на колёсах.

Я шёл и смотрел по сторонам. Луга, разделённые редкими рощами, заросшая колючими и бодро цветущими сорняками обочина дороги, спокойный ветерок и встающее за спиной солнце создавали ощущение спокойствия и безмятежности. Чувство ложной безопасности. Хотя почему ложной? Если я уверен, что в ближайший час на меня никто не нападёт, то этот час я действительно полностью свободен. Все опасности в будущем. Но здесь и сейчас никто меня не атакует. Так свободен я или нет? Подумав, я для себя определил, что настоящая свобода должна включать некую позитивную уверенность по поводу будущего. Без этого я себя не могу считать свободным, несмотря на все красоты вокруг, приятное чирикание невидимых птичек и свист воздуха рассекаемого моей глефой.

Кстати! Я, за всеми этими лирическими мыслями, почти перестал обращать внимание на то, что вытворяю со своим оружием, а вытворял я очень даже интересные вещи. С огромной скоростью и, что самое интересное, идеальной точностью моё недо-копьё сшибало цветастые верхушки придорожного бурьяна без каких-либо осечек и промахов. Если представить, что вместо этих трёх чертополохов передо мной будут стоять три человека, то горло каждого из них будет проткнуто быстрее, чем они успеют моргнуть два раза.