Глава 16. Вейра. Внутренний конфликт.
Страница 90 из 101
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 16. Вейра. Внутренний конфликт.

Страница 90
терпел, пытаясь тотчас прийти в себя после каждого жала. Он встряхивался, морщил морду, будто отгоняя боль, и снова тянулся вверх — чётко видя перед собой цель.Тарк замер, почти слившись с веткой, на которой сидел. Он не шевелился, даже дыхание старался превратить в тишину. Сердце колотилось где-то у самого горла — это была острая, звенящая сосредоточенность.Хищник поднимался всё выше. Его янтарные глаза, прищуренные от укусов, не отрывались от цели. Он уже чувствовал запах теплой и живой добычи. Ещё немного, ещё один рывок — и когти сомкнутся на плече, и всё закончится.Тарк, собрав все силы, чётко прицелился и позвал кошку на удивление ласково:— Киса-киса…Леопард оскалился, обнажив длинные жёлтые клыки, и подобрался, будто пружина, готовая распрямиться в смертоносном прыжке. Его янтарные глаза сузились, в них была холодная, звериная сосредоточенность на добыче. Он качнулся вперёд, проверяя опору, и в этот миг Тарк понял: ещё секунда — и хищник сорвётся.И тогда он кинул копьё.Древко свистнуло в воздухе, лезвие блеснуло в косых лучах заката — и вошло точно в плечо, пригвождая зверя к земле.Леопард взвыл и рухнул вниз — этот звук был чем-то более древним, обиженным, почти человеческим. Он упал на бок, когти скребли по земле, пытаясь найти опору, но боль и тяжесть раны лишали его стремительности. Он уже не был тем неуловимым хищником, что бесшумно скользил между деревьями, — теперь он был просто раненым зверем. Леопард издал последний вздох — тихий, почти неслышный, будто просто выпустил из груди остатки силы, и замер навсегда.Тарк слез с дерева, вытащил своё копьё из туши, и наконец с облегчением вздохнул. Грудь ходила ходуном, руки ещё подрагивали, но опасность миновала.— Всё, — прошептал он в некуда и всем сразу. — Пора домой. Там меня ждёт Маврика.Соревнование на выносливость было пройдено. И Тарк его выдержал. Новый вождь нес в племя трофей — тушу леопарда. Тяжёлую, неподатливую, будто даже мёртвый зверь не хотел признавать поражения. Плечи Тарка ныли, мышцы горели, каждый шаг давался с усилием, но он не позволял себе опустить ношу. Так требовал обычай: победитель состязания сам приносит доказательство своей стойкости.

Глава 16. Вейра. Внутренний конфликт.

Глава 16. Вейра. Внутренний конфликт.

Вернувшись в матриархальную общину, Вейра погрузилась в себя. Несколько дней она не выходила из дома — сидела в полумраке, прислушиваясь к тишине.Она перебирала в памяти обрывки своих воспоминаний: тяжесть собственного желания владеть им, как вещью, и то странное, непривычное тепло, что вдруг начало прорастать в груди, стоило ей взглянуть на него иначе. Любовь… Это слово царапало изнутри, чуждое и пугающее.Старшие воительницы перешёптывались у порога, приносили еду, оставляли у двери плетёные корзины с хлебом и травяным отваром — но Вейра не брала. Ей нужно было остаться наедине с той бездной, что поглощала изнутри. Она привыкла повелевать, привыкла, что её воля — закон, а теперь вдруг обнаружила, что не знает, чего хочет сама.Он ей снился, приходил во сне и горячо шептал слова любви — и она ему верила.Проснувшись, она первым делом ловила себя на том, что тянется к подушке, будто на ней ещё остался его запах. Но вокруг была лишь тишина её дома — густая, равнодушная, отрезвляющая.Она пыталась убедить себя, что сны — лишь обман, игра уставшего разума. Но сердце упрямо отказывалось слушать доводы: оно помнило каждое сказанное во сне слово и требовало, чтобы это оказалось правдой. И от этого становилось только тяжелее — ведь правда означала, что придется признаться самой себе, что влюблена.Вейра сидела, прижавшись лбом к прохладному дереву, и слушала, как в груди бьётся сердце — будто чужой, упрямый барабан, которому вдруг стало тесно в её груди. Она всё пыталась убедить себя, что это ошибка, сбой, наваждение. Ведь раньше ей хватало воли, чтобы отсекать лишнее: страх, сомнения, чужую боль, а что сейчас?«За что мне это?» — шептала она со слезами на глазах. Может, это наказание? Или насмешка судьбы — дать чувство тому, кто привык только брать? А может, как раз потому, что сердце у неё слишком чёрствое, ей и дано это чувство — чтобы растопить лёд, который она годами наращивала вокруг себя.Она вспоминала, как когда‑то с гордостью думала: «Я другая. Мне не нужны эти слезы и сопли». Теперь эта гордость казалась неудобной, ненужной. Любовь не просила разрешения, не ждала, пока Вейра станет достойной её. Она просто пришла — неуклюжая, горькая, полная вины и стыда, и требовала, чтобы Вейра посмотрела ей в глаза, посмотрела внутрь себя.А самое страшное было в том, что любовь эта, возможно, вовсе и не должна быть взаимной. Может, Тарк никогда не скажет ей тех слов, что она слышит во сне. Может, для него она навсегда останется той, кто сломала чужие жизни, не моргнув глазом.

назадназад
1 ... 88 89 90 91 92 ... 101
впередвперед