Ага, помню, в прошлой жизни я экономический заканчивал. Так удивительное дело, почему-то там в библиотеке имелась большая подборка книг по ранней истории христианства. Как там они оказались, лично для меня было загадкой, не семинария, чай, сама библиотекарша только плечами пожимала. Я даже из любопытства три штуки прочел, но дело пришлось бросить, почувствовал, что еще чуть-чуть и свихнусь — там такое хитросплетение из сект, толкований и прочего всего оказалось, что проще было разобраться в теории относительности.

Секретаря на месте так и не оказалось, поэтому пошел в ближайшую столовую, режим питания — первое дело. Как говорят в этом времени, я за любой кипишь, кроме голодовки. Если, как вернусь, Ивана так и не обнаружу, то больше ждать не стану. Ему надо, пусть сам меня ищет.

Хорошо хоть уже тропинки на улицах натоптали, а то тяжело ходить, когда по полено в снегу утопаешь. Вернулся в институт только из чувства долга, раз уж решил проверить, пришел наш комсомольский вожак или нет. А он вдруг оказался на месте. Сунулся к нему, так не пускают, самоназначенная помощница с третьего курса грудью встала у двери:

— Он занят! Подожди, когда освободится.

— И чем он таким занят?

— Не твоего ума дело! У него обсуждение с ребятами из агитбригады идет по программе концерта на 8-е марта. Это надолго, так что, если тебе надо, то садись и жди. А мне сказали никого не пускать!

Хорошенькое дело. Я им тут сценарий принес, и я же еще и жди?

— Послушай, красавица…

— Я тебе не красавица!

— Да-а? Прискорбно. А теперь меня послушай. Я пришел как раз со сценарием номеров для концерта. Мне 25-го января Журавлев поручил сделать предложения для агитбригады, потому что им срочно нужны смешные выступления и именно для 8-го марта. И сказал, чтобы я шел к нему, как только приеду. Просто зайди и скажи, что я пришел с готовыми предложениями. Если я не нужен, то просто развернусь и уйду. Ждать я не буду, у меня своих дел выше крыши.

Деваха окатила меня полным презрения взглядом, в котором так и читалось «какой-то там первокурсник будет мне тут говорить, что делать».

— Жди давай, — буркнула.

— Ну, извини, Иван будет меня спрашивать, скажешь, что выгнала.

Буду я еще прогибаться под каждый чих, развели, понимаешь, бюрократию на ровном месте. Вложил папку с распечатками в сумку, развернулся и вышел из предбанника в коридор. Идет оно все лесом.

— Эй, эй! — послышалось сзади.

— Ну, чего еще? — обернулся.

— Ладно, погоди минуту, я спрошу.

Вот нельзя было сразу? Я даже в кабинет не стал заходить, так и остался в коридоре, демонстративно уставившись на секундную стрелку своих водолазных часов. Их, кстати, народ оценил, уже три предложения было продать. Как же, размечтались — а я где другие достану?