Пока я молчал, Вильгельмина тоже что-то обдумывала, и вот наконец выдала:

— Пойдем туда еще раз? Я отдам Старику МакЛауду деньги за маску. Возьмем его с собой, и он сам бросит ее в озеро. Мы теперь все знаем и точно пройдем.

— Не успеем. Завтра вечером Зло придет за мной.

— И что будет, когда она завалит тебя? — с тревогой спросила девушка.

— Есть такое подозрение, что мне придется играть на ее стороне, как побежденному ею Владыке жизни, либо же остаться на стороне Добра, но расстаться со многими плюшками Владыки воздуха.

— Ну, вообще-то, — задумчиво протянула девушка, — как для игрока, это для тебя открывает большие перспективы. Первый игрок на стороне Зла. Хм, это… прикольно.

— Я вот не считаю разработчиков такими лопоухими. Не будет это прикольно. Натянут они по самые уши игрока, проигравшего Злу.

— Вот оно как. И что же теперь делать?

— Дать ей бой. Помнится, твой клан уже соглашался вписаться в один любопытный квест, а не будет ли он теперь столь великодушен, чтобы защитить одного белого и пушистого Владыку?

Почему я не рассказываю ей о том, что меч у меня в инвентаре? Я же хотел это сделать. Что-то останавливает меня. Какое-то гнетущее чувство тревоги. Я больше не могу рисковать. Она уже однажды поступила вразрез с моим планом, и только Вовины слова помогли мне добыть меч. К тому же, не догадайся я об альтернативном способе получения клинка, то увидев, как группа распалась и больше не способна победить босса, залился бы горючими слезами.

Всего было два варианта заполучить Проклятый меч: убить босса и вытащить меч из камня, либо же — не убивая кузнеца, схватить отражение клинка в воде, ну и сдохнуть от скилла босса, надеясь, что меч останется в инвентаре — так, собственно, и произошло. Я с трудом додумался до второго варианта. Хотя слова Пискли об отражении намекали на это. Плюс еще были рисунки в храме, в котором хранился меч.

Меж тем Вильгельмина думала недолго. Как ни странно, где-то в глубине душу она чувствовала себя виноватой: где-то очень глубоко, так глубоко, что ее слова звучали величайшим одолжением.

— Мы поможем тебе. А ты за это джиннские товары будешь продавать только нам и по цене ниже рыночной. Это очень хорошее предложение для тебя.

Она остро посмотрела на меня. Действительно, предложение восхитительное. Особенно на фоне того, что джинны станут игровой расой.

Скрывая улыбку, я тяжело произнес:

— Согласен.

— Как будем действовать? У тебя же нет замка, где можно обороняться и вряд ли тебе кто-нибудь предоставит оный, — проговорила девушка насмешливым голосом. Насмехалась она не так сильно, чтобы обидеть, скорее дабы указать мое место.