Поручив Скрепышу собрать статистику, кто их загрузил, когда и как часто смотрел, я включила первый ролик.

И сразу же пред моими глазами предстал здоровенный мужской орган.

Зелёный. Прям абсолютно полностью, насыщенно зелёный.

— М-да, к такому жизнь меня не готовила.

Камера чуть отъехала, и показали всего мужика. Вполне обычного, но полностью зелёного. Единственной его одеждой были бусы из когтей и зубов животных. Сей персонаж потрясал псевдо-шаманским бубном и бегал вокруг кровати, к которой была привязана обнажённая блондинистая красотка, неубедительно изображающая сладострастие.

— Мне мучительно не хватает поп-корна, — пробормотала я.

Скрепыш:И не говори.

— Можешь найти, что за тема с зелёным товарищем?

Искин повесил часики, а я продолжала смотреть, как мужик трясёт бубном и органом.

Скрепыш:Это, очевидно, по мотивам фантастической саги очень ныне модной писательницы Эфросинии Каррот.

— Фрося Морковкина?

Скрепыш злорадно улыбнулся и закивал. Мы заржали.

После чего выключили к чертям зелёного мужика и включили следующий ролик.

Этот начался вполне прилично: девушка в короткой юбке гуляла по парку. Через минуту её мечтательных вздохов и взглядов на закат из-за дерева появился тип в классическом плаще эксбициониста. Когда героиня обратила на него внимание, он шагнул вперёд, зловеще расхохотался и распахнул плащ. За ним скрывались вываливающиеся механические детали робота. Натурально — всякие пружины и провода выпадали из живота и нависали над торчащим мужским органом.

Мы с девушкой одинаково недоуменно рассматривали это недоразумение. А потом героиня достала из сумочки отвёртку.

— Интересно, она его починит или открутит понравившиеся детали?

Скрепыш:Починит.

— А я бы открутила.

Мы снова заржали и переключились на следующий ролик. Надо сказать, с предвкушением.

И оно не обмануло: в кузове грузовика, очень похожего на машины раннего советского периода, ехали розовощёкие селянки с граблями, лопатами и смартфонами. Они увлечённо на манер «Ой да лю-ли лю-ли» пели что-то про тополиный пух.

Я как раз отсмеялась, когда события перешли на новый уровень: дорогу грузовику преградили чёрные «мерсы» вида этак конца двадцатого века. Из них вылезли здоровенные мужики в малиновых пиджаках и тут же начали угрожающе помахивать битами. Грузовик отчего-то решил, что полем он эту композицию не объедет, и остановился. Девушки, высоко задирая платья в цветочек, выбирались из кузова.

Один из малиновопиджачных шагнул вперёд и провозгласил:

— Это удел нашего пахана, гёрлы!

Ролик пришлось закрыть, а я долго не могла успокоиться.