Рахит:Пачиму неможет может
Я остановилась, не дойдя до дома пяти шагов. Нет, это невыносимо. Я уже дошла до точки кипения и теперь думала, на кого обрушить булькающую лаву — на этого придурка или на Сабатини, но тут пришло ещё сообщение.
Рахит:Днём может вечером неможет девушка
Я сложила губы трубочкой и немного подышала. Ну, то есть, настоящего дыхания мне было не дано, но сымитировала, как смогла.
— То есть у вашего курьера рабочее время до 18?
Рахит:да
— А если я вам своего курьера пришлю, вы можете ему отдать?
Рахит:Когда будет курьер?
Да хрен же его знает, когда он будет! Я вообще даже не уверена, что на Эрешкигали есть какая-то наёмная служба доставки. Я дёрнула Скрепку, чтобы помог поискать, а сама стала думать. Завтра — слишком поздно. Наверняка их чёртов курьер не с семи утра на работу выходит, а у меня собеседование в двенадцать. И ноги надо ещё отмыть, приделать ко мне, убедиться, что работают. А ну как они ходить будут как-нибудь рывками? Да и одеться на собес лучше во что-то поформальнее, чем моя кубистическая юбка…
Скрепыш:Служба доставки есть, одна. Но доставку в ней надо бронировать за два дня, а в этот район они ездят только раз в неделю.
Мне захотелось орать. Ну что мне, мало «ЭкзоТеха», надо ещё президентом планеты становиться, чтобы на ней процессы наладить⁈
Скрепыш:Тут если выйти с задов и пройти до трассы, есть остановка автобуса, который ходит до центра города.
Я замерла. Я так привыкла, что мне всё нужно доставлять, потому что я не могу никому показаться, что вариант забрать самостоятельно даже не приходил мне в голову!
Я нервно оглядела себя. В автобусе точно будут пялиться, там больше заняться нечем! Но вроде как нормально я выгляжу, волосы уложены, юбка не мятая, только когда сижу, странная форма коленей всё-таки проступает сквозь ткань. Значит, в автобусе постою. Решено.
Глава 28
Автобусом я бы это никогда не назвала. Серебристое нечто в форме пули парило над дорогой примерно в полуметре, а по его гладкому блестящему боку бежала надпись неожиданно красными буквами. Я вчиталась, ожидая, что там будут названия остановок, но быстро поняла, что это реклама салона эпиляции. Вот уж что мне точно в ближайшую жизнь не понадобится!
Когда это чудо техники приблизилось ко мне, площадка, на которой я стояла, медленно поехала вверх — прямо вместе с остановочным павильоном, лавочкой, табло и мной. Больше здесь никто не садился. Пуля затормозила, открыла посерёдке неразличимую глазом дверь, и я вошла в салон.
Там сидели две оживлённо болтающие бабульки, молодой нервный мужчина с маленьким ребёнком, а в самом конце салона — табор каких-то местных цыган. Может, они были и не цыгане, но пёстрые, чернявые и все в золотых блескучках.