Их встретила сама Аника в окружении полусотни вооружённых птичек.
— Мы не станем терпеть! Зачем менять одну курицу на вторую?!
— Да!
— Будем править сами!
— Мы тебя не избирали! Какие у тебя права?!
Аника кивнула, громко свистнув.
Из многотысячной толпы вперёд выступил каждый сотый — они подошли к Анике и преклонили перед ней колени. Все они были солью земли, самим городом и его неравнодушными гражданами — молодыми и свежими, взамен заскорузлых и узколобых. Они были птичками Асури.
— Меня выбрал народ, — провозгласила Аника.
Именно так Аника когда-то стала первым добросовестным правителем Лейна.
Вот уже десять лет всё работало словно часы.
Коррупция перестала существовать, стража помогала, а не внушала страх.
Конечно, везде найдётся изъян, и королевство очень нуждается в мужчинах, ресурсах, но всё многократно лучше, чем прежде. Это грело сердце Аники, огня которого хватило до сегодняшнего дня.
Картины прошлого пронеслись перед глазами Аники впервые за последние годы. Сознание будто бы говорило: грядёт буря, и ей снова предстоит принимать тяжёлые решения, которые изменят жизни многих людей.
— Куда они отправились? — спросила Аника свою подругу, выходя из своеобразного транса.
— В проклятый лес.
— Не думаю, что они безумцы, — пробормотала госпожа губернатор.
— И не думай. Они пропали, едва вошли. А маг и вовсе исчез, — отозвалась Малия.
— Это интересно.
— Конечно.
— Лети в лес, в воздухе безопасно, узнай всё.
— Вас поняла, ваше величество…
— Дура!
Глава 21. Дом милый дом
Мы скрылись в лесу под недоумевающими взглядами стражниц.
Суори лишь смотрели нам вслед — группе изгоев, которая, по их мнению, выглядела больше, чем было заявлено.
Никто не захотел разбираться: больше и больше — кому какая разница, сколько туш пойдёт на корм проклятому лесу?
Я не планировал становиться кормом. Как только наша группа из более чем двухсот разумных скрылась меж стволов и кустарников, пропадая из зоны видимости стражниц, началось самое интересное.
— Сейчас мы выйдем к реке, Шиим. Предупреди своих, они не должны пугаться.
Суори со страхом на лице оглядывались, страшась каждой ветки. Примерно так реагируют городские, когда попадают в некомфортную ситуацию. Совсем не чета моему новому народу — боязливые, хилые и не внушающие страха. Ну, ничего, скоро откормим и натренируем.
С такими мыслями я подошёл к реке.
Шиим за моей спиной что-то вещал своим собратьям успокаивающим тоном. Народ, затихнув, озирался по сторонам.
Интересный факт: из почти двухсот пятидесяти Суори девушек было всего тридцать.
И они вызывали у меня большую симпатию, чем мужчины, — своим спокойствием и внушительным видом.