А можно и не пробивать, не тратить силы. Скоро последуют другие вторжения, ведь защита мира нарушена. Восстановить ее смогли бы боги, будь их пятеро, и не уничтожь их Кигулар, но сейчас Он один.

И Ему придется воевать по старинке, големами. Только новыми.

* * *

Железный голем пришёл в себя неожиданно и резко. Дёрнул железными конечностями, царапая крепкими пальцами верстак, на котором лежал. А потом — ухватил за грудки мастера, который навис над ним.

— Что за… — прохрипел человек, с ужасом таращась на голема, корпус которого был открыт и пуст. В големе не было ни вычислительного модуля, ни энергокристалла! Тело механизма по всем законам магомеханики не могло двигаться, но, черт побери, двигалось! И эта жуткая неправильность до глубины души потрясла молодого мастера. Оживший голем напомнил ему столь же неправильно оживающих после смерти людей. Мастер с новыми силами засучил ногами, изо всех сил пытаясь отодвинуться подальше, но у него ничего не выходило.

Голем смотрел внимательно на задыхающегося от страха человека. А потом — разжал ладонь.

Человечек шмякнулся на задницу, и, шустро перебирая руками, ногами и ягодицами, дополз до двери, чтобы с низкого старта рвануть прочь.

А голем встал и осмотрел верстак и инструменты. Ему больше не нужен был энергетический кристалл: божественная энергия питала его металлическое тело. Она же давала знания и умения. Более того, теперь Железный мог обходиться без вычислительного модуля: механический бог изменил правила мира в отношении своего первого голема.

Но самое главное в том, что теперь голем мог думать и обладал самостоятельностью. Сам оценивал окружающий мир и на основании накопленных знаний делал выводы и принимал решения. И первым был ремонт себя самого.

Голем закрыл свой корпус, взял сварочный инструмент и принялся запаивать дверцу. Ощущение чужих рук, беззастенчиво копавшихся в его корпусе, пришлись машине не по нраву, и та решила, что больше такого не допустит.

Завершив работу со сваркой, голем навесил снятые мастером пластины брони.

Члены Гильдии Големостроителей, прибежавшие на сообщение взбудораженного мастера, шарахнулись в стороны, пропуская вышедшего из мастерской голема, вооруженного покореженным железным мечом.

* * *

Темные тучи простирались над морем. Пенистые барашки на гребнях волн, казалось, касались неба.

В черной воде, выбиваясь из сил, плыл мужчина. Глаза пловца были красными, с полопавшимися капиллярами. Дышал человек шумно и редко — сил не хватало, чтобы постоянно держать голову над водой, потому он набирал в легкие побольше воздуха и сберегал его, выдыхая только тогда, когда грудь начинало жечь, а перед глазами плыли темные пятна.