Примерно представляя, чем может помочь своему последователю бог смерти, я занес меч и вбил лезвие в грудь мертвеца. А потом — еще и еще раз, ускоряясь, вкладывая все силы, чтобы перерубить крепчающую кость. Успел — когда перебил ребра и сунул в дыру ладонь, на обрубке руки мертвеца уже нарастало костяное лезвие. Благо, некромант не успел ожить — через ладонь хлынула масса энергии. Едва успел направить ее в навык ремонта механизмов, а потом — в рунную магию. Энергии в некроманте было столько, что оба навыка добрались до ранга грандмастера.
[Ранг навыка «ремонт механизмов» повышен!]
[Ремонт механизмов, ранг — грандмастер]
[Ранг навыка «рунная магия» повышен!]
[Рунная магия, ранг — грандмастер]
— А разговоров-то было, — натужно усмехнулся я, хотя в самый последний миг, когда мертвец зашевелился, меня пробрало ощущением настолько близкой смерти, что я едва не завизжал, как детсадовец, впервые увидевший уховертку. Слава богам, обошлось. Осталось повысить четвертый навык из шести, чтобы шагнуть на ранг грандмастера.
Глава 10
Следующие пять дней ушли на превращение золота в монеты, на дележку и на построение големов Ильзе и Ахрилу. Оба захотели себе ездовые машины — прониклись, сколькими достоинствами обладают металлические друзья.
А еще я собрал кое-что в промежутках между сборкой големов для приятелей. И даже позвал их, чтобы оценили результат.
— Ты нас позвал, чтобы показать что-то особенное? — с любопытством уставилась Ильза на вытянутую металлическую коробку с пропеллерами на углах.
— Ага. Хочу, чтобы вы посмотрели на летающего голема.
— Ты хочешь сказать, что он полетит? — полным скепсиса голосом спросила девчонка. — Но как? Я не вижу у него крыльев.
А вот как…
Я отдал команду, и лопасти машины закрутились, ускоряясь с каждым мигом. Один из пропеллеров оказался сильнее других, и приподнял свою сторону раньше. Машину протащило по дорожке, воздух наполнился скрежетом металла о камень.
Наконец машина взлетела, и даже смогла не влететь в стену Гильдии Големостроителей, к которой подлетела опасно близко. Правда, голем все равно вертелся на месте, иногда — опускался ниже, а иногда — немного опускался на одну сторону и летел туда, хотя я ему не отдавал таких команд.
Спустя пять минут корявого полета, где машина не могла не то, что лететь в нужную сторону, но едва держалась в воздухе, энергия в кристалле почти закончилась, и голем, следуя вложенной команде, устремился к земле, и разбился бы, если бы я не подхватил машину.
— Н-да, над посадкой тоже стоит поработать…
Лица приятелей, наблюдающих корявый полет машины, были неописуемы. Ни разу не летавшие на самолетах, не видевшие, как на День Победы строем летят истребители, зрители были совершенно не искушенные, и поднимающийся в воздух металлический голем стал для них зрелищем невероятным.