Тенеплет, накопив достаточно энергии, перешел на изнанку и промчался по кварталу богачей, залезая в самые тонкие щели. Авантюристов нельзя обвинить в невнимательности, но пару тайников голем нашел. Другое дело, что там не было ничего интересного, кроме заплесневелых, некогда ценных бумаг, нескольких малюсеньких золотых слитков и испорченных за годы алхимических ингредиентов, которые я даже опознать не смог.

За счет объема вещей, что големы вынесли из города, могу сказать, что тысячу-полторы золотых монет я выручу. Это гораздо больше, чем смог унести рядовой авантюрист, но лорда я обскакать не смог. Арка интересовала городская сокровищница, и он с прочими командирами занялся именно ей. Что именно вытащил оттуда лорд, не скажу — момент перетаскивания сокровищ в повозку скрыл артефакт, напустивший возле выхода из сокровищницы тумана. Шестиколесная повозка на укрепленных осях заехала в город, и так же выехала. Что она вывезла, никто кроме Арка и командиров не знает, но повозка тяжело поскрипывала, да и коняжки, тянувшие груз, шли гораздо медленнее.

Наконец настало время покидать разграбленный город. Я обрадовал Ахрила и Ильзу тем, что им придется использовать свои навыки големостроителей и довести большую часть моих големов до Оклорда. Големам я выдал соответствующие команды.

Наверное, это хорошее решение и для моих приятелей: если меня кто-то ненавидит настолько, что будет готов атаковать, то может зацепить и ребят. А так я не убегал сломя голову, а, оседлав голема в виде медведя, неспешной рысью удалялся от лагеря, давая догнать меня тем, кто этого хочет. Собак я забрал с собой, Пламенного, Железного и Тенеплета тоже взял. А остальные пусть тянут ценный груз.

На привал остановился в середине дня, пообедал. Погони не опасался, но и облегчать путь возможным преследователям не желал, потому после обеда ускорился: рысь голема перешла в галоп.

Вопреки ожиданиям, ни разу не наткнулся ни на нежить, ни на животных-монстров: видимо, шум каменного Существа, который несся через лес, треща ветками и хрустя камнями, отпугивал всевозможных хищников.

На ночевку расположился в заброшенной старой таверне, стоящей на пути между мертвым и живым городами. Прошел через зал и поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж, до последней комнаты. Там установил железную треногу, насыпал на нее нарубленных по дороге веточек, зажег огонь. Големов оставил на первом этаже, в дальних комнатах. Всех, кроме Тенеплета.

Ложиться на запыленный, гнилой матрас, мне не хотелось. Я проверил все, что запихнул в рюкзак. Поразмыслил над тем, что делать дальше, и понял, что стоит прошвырнуться по другим мертвым городам, только уже в одиночку, или компанией поменьше, чтобы не пришлось делиться богатством с маленькой армией.