Выезжали молча, и молча же двигались на выход. За городом разговорились, только вот я общался с приятелями, четверо клановцев переговаривались между собой, а мастер ловушек и геомант шептались о своем.

По дороге скакали часов десять, прерываясь на привалы. Когда вышли на нехоженые тропки, стало труднее: дороги за годы заросли травой и мелким кустарником. Существо шло первым, проламываясь через низкие кусты. Наше движение сопровождал треск, меня по лицу хлестали упругие ветви. Наконец, выругавшись, решил, что пойдем через лес.

И действительно, там продвигаться выходило легче. Големы резво скакали и по мху, и по мокрым камням. Теперь главное — не потеряться в лесу, но двигаясь вдоль дороги, это сложно сделать.

На путь до первого некрополиса ушло трое суток бешеной скачки. Ночью мы отсыпались, и наш покой стерегли големы, а днем — скакали. На привалах те, у кого не было усиленной крепости тела, выпивали зелья лечения, чтобы как-то справиться с отбитой задницей и мозолями.

За время пути ничего интересного не произошло. Псы справлялись с мелкими монстрами, которые выпрыгивали из травы и кустов, Тенеплет скользил впереди, передавая мне сведения о монстрах крупных, а Железный и Пламенный — неслись рядом. В обоих големах стояли новые энергокристаллы, так что оба двигались наравне с нами, пусть и не так ловко, как ездовые големы, и временами то один, то другой поскальзывался и падал.

На исход третьего дня мы добрались до некрополиса. Выскочили из леса совсем неожиданно, да так и замерли, глядя на близкую стену, что окружала некрополис. Не знаю, кто о чем думал, но я грезил о сокровищах и хотел побыстрее запустить в золото свои руки. Сразу по локоть.

Ни нежити, ни заклинаний я не заметил, поэтому к городу отправился Тенеплет. Я же спрыгнул с Существа и с нетерпением ждал зрелище, которое мне покажет голем. Вот только все пошло совсем не по плану.

— О боги, только не это… — прошептал я, глядя через Тенеплета на то, что мертвецы сотворили с городом. — Да кем нужно быть, чтобы совершить такое⁈

Силы подвели меня: я упал на колени, а по щеке скатилась скупая слеза.

Пока Ильза трясла меня, остальные бросились к стене. Первым поднялся Глебос: пацан едва ли не взлетел по стене, с немыслимой для обычного человека скоростью цепляясь за трещины между каменными блоками. А оказавшись наверху — замер так же, как и я.

Так как Глебоса никто не атаковал, остальные также принялись карабкаться наверх. Закинули веревку на зубец стены, и медленно поползли, перебирая руками, ставя носки ботинок в щели.