— Порошок при сгорании образует очень много дыма, способного вытолкнуть те металлические штуки с, я полагаю, огромной скоростью, раз они способны пробивать человека вместе с доспехом. Никакие арбалеты не могут и близко таким похвастаться! Отличное оружие! Оружие, которое нам обязательно надо повторить!
— Сообщи об этом Совету, — Нерус воодушевления не разделил. — Им потребуются хорошие новости после моего доклада.
Рекс очистил часть стола и выставил бутылку с парой кружек.
— Всё плохо? — в лоб спросил маг огня.
— Принц Давид отправился в Предельный на переговоры. Королевство осознало, что лич им не по зубам и нужно выходить из войны как можно быстрее.
— А контрибуция?
— Лучше потерять много денег, чем лишиться власти и жизни, — пожал плечами Нерус. — Арантир обещал закончить войну у них в столице, я не вижу ничего, что сможет его остановить.
Рекс согласился кивком, разливая вино.
— И что ты думаешь об Арантире? Стоит нам с ним говорить?
Нерус протянул руку к кружке, выпил. Рекс терпеливо ждал его ответа.
— Нет. Он слишком щепетилен, слишком держится за мнимую человечность, не осознаёт, какой дар получил, и как этот дар возвышает его над смертными. Он просто наивный глупец, который никогда не примет истину. А заблуждающийся дурак хуже врага.
Рекс заглянул в содержимое кружки.
— Это он сейчас наивный. А если что-то произойдёт? Что-то, что заставит его пересмотреть свои взгляды? Помнится, ты сам говорил, что Арантир не склонен к косности. А это для нас намного важнее временных заблуждений, верно?
Нерус вопросительно посмотрел на друга, и тот широко улыбнулся.
— Не спеши с выводами. Ты опытен и умён, но всё же не так хорошо разбираешься в людях. И в том, что может людей изменить. А ещё…
Рекс снова разлил содержимое бутылки.
— Не будь как человек. Это люди ищут себе оправдания. Смертные — заложники обстоятельств, а мы должны прогибать мир под себя. Я считаю, надо помочь Арантиру воспринять нашу картину мира. Ведь она правильная, единственно правильная, а значит, доводы, логика и опыт приведут его к нам, рано или поздно. Рано. Если мы поможем.
Нерус поморщился.
— Он нянчится с бездарными…
— Так мы тоже, Нерус! Только мы делаем это рациональнее. Как ты там рассказывал? Когда Арантир начинал, у него была только его сила и кучка смертных. Что ему ещё оставалось? Время само покажет ему, что смертные — всего лишь материал. Сотня лет, и он сам поймёт, что бездарные рождаются, живут и умирают, не оставляя следа в истории и его собственной жизни. Но можно и не ждать. Войны легко стирают человеческие жизни.