Жёлто-оранжевые глаза блеснули в ехидной улыбке, подсказывая мне, что я думал в верном направление. А раз так, то и весь наш разговор — результат анализа вероятностей и возможных последствий.
— Тебе пора идти, — загадочное существо, обманчиво напоминающее сейчас простого человека, развернулось и зашагало обратно в темноту. — Бес тоже получил то, что искал. Тебе же, как всегда, придётся позаботиться о них обоих и доставить к цели.
Силуэт окончательно растворился во мраке, а прямо передо мной засиял чернильный портал, призывая более не мешкать и покинуть этот кусочек реальности. Кажется, передышка закончилась.
— Знать бы ещё, куда идти… — пробормотал я, имея ввиду всё сразу.
Как выбраться из зиккурата? Как добраться до Новой надежды, а затем в Трием? Где найти нужную опору Моста, чтобы доставить суть Ма́лека в его домен? Вопросов было много, но ответы на них не последовали. Аудиенция была окончена, и отсчёт пошёл на секунды. Я буквально видел, как пространство вокруг портала, подсвеченное сейчас странным чёрно-фиолетовым светом, начинает стремительно сжиматься, не оставляя мне иного выбора.
Что ж, придётся опять решать проблемы на ходу.
Глава 18
Вынырнув обратно в уже знакомый зал с алтарём, я сделал шаг в сторону и был готов или бежать, или сражаться. Но не потребовалось ни того, ни другого. Первое, на что я обратил внимание, это был запах палёной плоти. А его источник лежал прямо передо мной. От принесённого в жертву Свиста курился неприятный дымок, а его одежда обгорела и оплавилась. Не лучше выглядели и все остальные находящиеся здесь люди.
Тело молчаливого воина так и валялось возле стены, и то, в каком неестественном положении находилась его голова, говорило, что скорее всего он уже не встанет. Лучезарный ангел пропал, а на его месте осталось обезображенное тело девушки. Полема в отличие от своего спутника была ещё жива, но вся покрыта незаживающими ранами и ожогами. Она пыталась ползти, но, кажется, уже без цели. Наконец она обессиленно уронила голову на каменный пол. В другом конце зала лежало изломанное тело слуги Отрёкшегося, не подающее сейчас признаков жизни. Его волосы и брови обгорели, как и рукава плаща, а с кистей рук и вовсе слезла кожа, обнажая плоть и кости. Видимо, его щит всё-таки не выдержал. Вдруг его тело выгнулось дугой, как от удара током, а лёгкие сделали глубокий судорожный вдох!
Первым же моим желанием было добить колдуна, пока он ещё не пришёл в себя. И я даже хотел вытянуть руку, чтобы отправить в его сторону «град», но неожиданно для себя почувствовал, что в моей зажатой сейчас ладони что-то есть.