Я колебался. Внутренняя стрелка не показывала непосредственной угрозы, но ситуация была слишком необычной. Элитный отряд Разрушителей, просящий о переговорах… Это могло быть ловушкой, отвлекающим манёвром, чем угодно.

Кира рядом со мной сохраняла готовность к мгновенной атаке — шаровая молния всё ещё пульсировала в воздухе, готовая обрушиться по первому сигналу. Но я чувствовал через нашу ментальную связь её такое же заинтересованное напряжение.

— Хорошо, — наконец произнёс я, тщательно подбирая слова. — Давай поговорим.

— Отлично, — он кивнул. — Позвольте предложить формат: моя группа отойдёт на пару десятков метров, а я подойду ближе. Так всем будет спокойнее.

Разумное предложение — достаточная дистанция, чтобы нейтрализовать возможность внезапной групповой атаки, но при этом его люди останутся в пределах видимости.

Я кивнул, соглашаясь с предложенными условиями. Неизвестный сделал едва заметный жест — и четверо Разрушителей, двигаясь с отточенной слаженностью, развернулись и отошли метров на двадцать пять-тридцать. Они сохраняли построение, позволяющее и защититься, и атаковать в случае необходимости, но всем своим видом продолжали демонстрировать мирные намерения.

Сам неизвестный сделал десять медленных, размеренных шагов в нашу сторону. Каждое его движение было плавным, открытым — никаких резких жестов или скрытых действий. Остановившись на разумной дистанции, он впервые посмотрел прямо мне в глаза:

— Прежде чем мы начнём, могу я рассчитывать на то, что этот разговор останется просто разговором? — его голос был спокоен и серьёзен. — Что независимо от его исхода, мне и моим людям будет позволено уйти живыми?

Он сделал короткую паузу и добавил:

— В свою очередь, я гарантирую, что мы не инициируем агрессивных действий. Никаких атак, никаких попыток обмана или предательства.

Предложение было честным и прямым. Несмотря на всю странность ситуации, я чувствовал в его словах искренность. Может быть, дело было в том, как он держался, или в том, как его люди безоговорочно выполняли его указания, но эмпатия подсказывала — этому человеку можно верить.

И всё же я медлил с ответом, тщательно взвешивая все «за» и «против». Дать такое обещание означало существенно ограничить наши возможности для манёвра. С другой стороны, если его предложение действительно окажется интересным…

Я медленно кивнул, принимая условия. Неизвестный тут же опустил руки, в которых всё ещё держал импровизированный белый флаг — кусок ткани с кривоватой надписью.

— У меня есть особая способность, — начал он без предисловий. — Пассивный навык, если говорить языком Системы. Я чувствую приближающуюся смертельную опасность. И не просто чувствую — за несколько секунд до её наступления вижу, как именно всё произойдёт.