Он говорил спокойно, словно рассказывал о чём-то обыденном, но я чувствовал, что каждое его слово тщательно выверено.

— Эта способность сохранила жизнь мне и моей команде сотни, если не тысячи раз. Да и не только нам — часто удавалось предупредить других об опасности. Она никогда не подводила, всегда показывает абсолютно чётко, что произойдёт.

Он сделал паузу, внимательно глядя на меня:

— И сегодня я увидел, как вы нас уничтожаете. Это было… впечатляюще. Вся операция заняла считанные секунды. У меня нет ни малейших сомнений в достоверности видения — мой навык никогда не ошибается.

В его голосе появились нотки профессионального восхищения:

— Я даже попробовал разыграть другой вариант — мы встретили вас во всеоружии, под максимальной защитой щитов, готовые к атаке в момент вашего появления… — он запнулся на секунду. — Кстати, что это было? Просто невидимость или какое-то пространственное перемещение?

Он тут же махнул рукой:

— Впрочем, неважно, можешь не отвечать. Суть в том, что даже в этом случае вы нас победили. Правда, — он слегка наклонил голову в сторону Киры, — в том варианте нам удалось ранить тебя. Кира, верно? И тебе, — он повернулся ко мне, — немного обожгло левую руку. Но это всё равно закончилось нашей полной гибелью.

Он развёл руками:

— Но это был просто эксперимент. На самом деле с самого начала мы планировали только встречу и переговоры. Никаких боевых действий.

В его словах чувствовалась абсолютная уверенность человека, привыкшего полагаться на свои способности. Такую уверенность нельзя подделать — она приходит только с опытом множества подтверждений.

Я внимательно наблюдал за его жестами, мимикой, позой — ничто не выдавало фальши или попытки обмана. Он говорил чистую правду, или, по крайней мере, то, что сам считал правдой. И его способность… это многое объясняло. Такой навык действительно бесценен для командира элитной группы.

Кира рядом со мной чуть расслабилась, хотя шаровая молния всё ещё висела в воздухе — теперь уже скорее как напоминание о наших возможностях, чем как непосредственная угроза. Через нашу ментальную связь я чувствовал её растущий интерес к ситуации.

Четверо его подчинённых, застывшие в отдалении, сохраняли идеальную неподвижность. Их дисциплина и выучка впечатляли — стоять вот так, полностью открытыми перед потенциальной угрозой, требовало незаурядной выдержки и абсолютного доверия к командиру.

— Допустим, — медленно произнёс я, тщательно подбирая слова. — В чём причина такого настойчивого желания переговоров?

Неизвестный слегка изменил позу — теперь он стоял более расслабленно, но в то же время его движения оставались выверенными и осторожными.