Сбросив карабкающихся по стенам тварей, мы сосредоточились на основной массе противников. Кира демонстрировала впечатляющее тактическое мышление — чередовала прямые молнии с шаровыми, выбирая последние для моментов, когда муравьи собирались плотными группами по пять-шесть особей.

Вдруг я заметил, что её атаки прекратились. Мое обострённое восприятие зафиксировало паузу в две секунды — достаточно долго, чтобы забеспокоиться. Но прежде чем я успел что-то предпринять, Кира выпустила совершенно новый тип молнии.

Электрический разряд ударил в ближайшего муравья и, вместо того чтобы рассеяться, поглотиться в его теле, перескочил на следующего. Словно в каком-то смертоносном танце, молния прошла через десяток существ, превращая их в дымящиеся туши. Не давая противникам опомниться, она тут же запустила вторую цепную молнию с противоположной стороны.

Заметив, что осталось всего четыре или пять особей, я решил закончить бой эффектно. Спрыгнув вниз, выхватил топор и погрузился в то особое состояние, где время почти останавливается.

Теперь каждое моё движение было частью смертоносного танца. Я скользил между муравьями с невероятной грацией, словно в каком-то странном балете. Новое восприятие позволяло видеть каждую уязвимую точку в их хитиновой броне — там, где пластины соединялись, образуя едва заметные щели.

Первый удар — лезвие топора точно вошло между головой и грудным сегментом ближайшего муравья. Не останавливаясь, я крутанулся вокруг своей оси, уходя от атаки второго и одновременно нанося рубящий удар по его передним лапам.

Каждое движение было выверено до миллиметра. Я видел, как существа пытаются окружить меня, но их движения казались такими медленными, словно они двигались в густом сиропе. Уклонение, подсечка, удар — всё сливалось в единый поток действий.

Особенно эффектным получился момент, когда два муравья атаковали одновременно с разных сторон. Я просто нырнул под их столкнувшиеся тела, оставляя глубокие раны в их незащищённых брюшках. Движение было настолько плавным, что они даже не успели понять, что произошло.

Последнего противника я достал особенно красиво — подпрыгнув в момент его атаки, приземлился ему на спину и одним точным ударом отделил голову от туловища.

Вся эта смертоносная хореография заняла меньше минуты. Когда последнее тело рухнуло на пол, Кира спрыгнула ко мне, её лицо светилось от возбуждения после боя.

— Как тебе моя новая грань в молниях? — улыбнулась она.

— Цепная, что ли? — я уже догадался, но хотел подтверждения.

— Да! Именно!

— Круто же!

— Не то слово!