И всё же у неё был один недостаток. Машинка шумно работала. И через час сидения за ней я поняла, что у меня начинает болеть голова.
– Две рубашки за час, – сказала я, поглядывая на притихших швей. – И все пальцы целы. Одно из двух: или я заключила сделку с дьяволом, чтобы он помогал мне не дырявить руки, или внимательно слежу за тем, что делаю.
Чуть не рассмеялась, заметив суеверный испуг во взглядах девушек.
Таня, вот вечно ты так. Когда устаёшь, мало думаешь, много болтаешь. Так они вообще уйдут и не вернутся. Сама будешь в три смены упахиваться.
– Мне больше нравится второй вариант, – раздался позади меня мужской голос.
Я обернулась. А когда увидела, кто пришёл, заулыбалась как девчонка.
Глава 3
– Сеньор Гаспаро! – я поднялась из-за стола навстречу мужчине, который, как мне показалось, выглядел немного иначе, чем всегда. Потрёпанный сюртук заменял тёмно-серый камзол из грубой шерсти, а на голове вместо картуза сидела шляпа. Для полноты образа частного детектива не хватало трубки в зубах. Я, призна́юсь, залюбовалась.
– Зовите меня Фердинанд, Марлен, – мужчина приблизился и протянул руку, чтобы коснуться моего плеча, но вовремя осёкся. – Что это? – он перевёл взгляд на машину, в которую всё ещё была заправлена ткань. – Грохот был слышен, когда я ещё мимо калитки проходил.
Вернувшись к столу, неловко качнула деревянное колесо. Я почему-то нервничала, ожидая реакции мужчины.
– Это наша гордость, – сказала, поджав губы. – Или, если мне так и не удастся заставить швей пользоваться ею, проклятие самое настоящее. Швейная машина стоила мне как две лошади в базарный день. И иногда я позволяю себе грех думать, что лучше бы я купила лошадей.
Мужчина обошёл стол, с интересом рассматривая прибор.
– Я никогда ничего подобного не видел. Кто это сделал?
– Сеньор Пабло Пьезоро.
– Помню-помню, – Фердинанд пару раз кивнул своим мыслям. – Толковый был мастер. Неужели он ещё жив?
– Живёт и здравствует. Он поселился в горах и не выходит оттуда. К нему не так-то просто добраться.
– Но вам это удалось.
Мужчина вдруг оторвался от машины и лукаво посмотрел на меня исподлобья.
Сильнее натянула на плечи шаль, ощущая одновременно неловкость и воодушевление от этого невинного проявления интереса. Мне приятно было его внимание.
– Да, вы правы, – призналась я. – Но мне помогли. Сама бы я точно не отыскала дороги.
– И кто же вам помог?
– Лучано. Сын сеньора.
Не знаю, почему я скрыла участие Диего Борджеса во всей этой истории. Наверное, не хотела, чтобы Фердинанд думал обо мне всякое. Не желала давать повод расстраиваться и ревновать.