Задержав дыхание, я окунулась несколько раз, потому что мне требовалось в первую очередь привести в порядок волосы. Слипшиеся и местами белые, они походили на неравномерно поседевшую шевелюру. Да ещё неопрятную.
Дело это полностью захватило меня. А следом настала очередь лица и рук. Сорочку, которая явно мешала, всё же пришлось снять и, скомкав её, я что было силы зашвырнула мокрый комок на песчаный берег.
Сама не заметила, как начала кувыркаться в воде, когда закончила с мытьём. Мне нравилась эта невесомость, когда, не прилагая особых усилий, ты будто бы летишь в пространстве, которое обнимает и бережно подхватывает тебя со всех сторон, помогая двигаться. Зоуи видно не было, но я не волновалась за неё. Похоже, опытная купальщица решила совершить заплыв. И так как мыться я закончила, мне тоже захотелось поплавать.
Я не последовала за ней. С противоположной стороны лагуна уходила в тень под навесом скал, и мне захотелось побывать там.
Наверное, стоило поинтересоваться возможными опасностями, которые могли бы поджидать меня здесь, но интуиция подсказывала, что будь в воде хотя бы гипотетический хищники, Зоуи предупредила бы меня. Потому, окунувшись и оттолкнувшись от дна, я медленно поплыла в сумрак, рассматривая всё вокруг.
Я больше не искала подвохов и случайных свидетелей. Теперь мой взгляд излучал любопытство, и даже замершая на краю сухой коряги разноцветная ящерица не испугала меня.
Она была огромной, с крупную кошку, и походила своими большими выпученными глазами на хамелеона. Как только я решила приблизиться, чтобы рассмотреть её получше, существо стремительно шмыгнуло вниз и скрылось под корягой.
Ещё здесь жили бабочки. Настоящая долина бабочек открывалась по мере моего продвижения вперёд. Они кружились под навесом и, похоже, только недавно выбрались из кокона, чтобы мигрировать на новое место. Насекомые окукливались на корявых выступах скал, куда не добраться было ни хищникам, ни человеку. И как только расправляли крылья, срывались и исчезали небольшими сине-сиреневыми стайками.
Одна из красавиц подлетела ко мне и на секунду зависла в воздухе, давая себя рассмотреть. Взмахнув крыльями, она взметнулась вверх, оставив после себя лёгкую, серебристую дымку удивительной пыльцы.
Проводив её взглядом, я поняла, что дальше дороги нет. В этом месте был тупик. Когда же я развернулась, чтобы плыть обратно, едва не задохнулась от ужаса.
Прямо возле коряги, на которой совсем недавно сидел хамелеон, стоял мужчина и смотрел на меня в упор.
Глава 24
За его спиной разливался дальний свет закатного солнца, а потому мне непросто было разглядеть лицо человека. Но когда он заговорил, все сомнения отпали.