Пожалуйста, пожало оно плечами (если конечно у воображаемого собеседника могут быть плечи), крокодилы обитают почти во всех тропических странах, живут в основном в воде, но прекрасно чувствуют себя и на суше. Плотоядные, но и растительной пищей не брезгуют. Атакуют из засады, где могут сидеть не двигаясь часами и даже сутками. Про гигантские экземпляры Пабло, кстати, тебе пулю прогнал — нет здесь таких, максимум три метра.
Три метра это, знаешь, тоже немало, поморщился я. Расскажи лучше, как от них уберечься можно. Да ради бога, продолжило оно, самое основное — это держаться подальше от мест, где они могут обитать.
Это отпадает, ответил я, давай дальше.
Наиболее опасны они вечером и ночью, продолжило оно, так что…
Ясно, еще что-нибудь?
Не кормить крокодилов… держать от них подальше домашних животных и детей… ну что еще-то… если увидел эту тварь, то самое лучшее поведение — это убежать подальше. Давление челюстей у крокодилов может достигать трех тонн, больше, чем у бультерьеров в разы. Вроде все…
Ладно, пасиб, буркнул я, в случае чего будем спасаться бегством.
Глава 15 Бараны стучат в барабаны
Бараны стучат в барабаны
Второй день побывки в родных местах выдался нервным и суматошным — надо ж было закончить все дела с Тетрисами, это оказалось очень непростым делом. И Иннокентия в больнице посетить второй раз. И с Ниночкой поговорить… не знаю зачем, но она напросилась на такую встречу после обеда. А кроме этих плановых мероприятий кое-что навалилось в сверхплановом, так сказать, порядке, меня вдруг взяли и выдернули в заведение, расположенное через дорогу от нашего ИПП… ну да, в психоневрологический диспансер номер 2, непосредственно к главному психо-неврологу Горлумду Генриху Готлибовичу.
— Привет, Петя, — бросил он мне без всяких церемоний, — как дела?
— Дела в порядке, — ответил я, — Генрих Готлибович, спасибо родной карательной психиатрии.
Он ухмыльнулся, но пропустил мою шпильку мимо ушей.
— Можно просто Генрих, — милостиво разрешил он, — я слышал краем уха, что ты там в столице теперь не самый последний человек.
— Я не считал, — честно ответил я, — какой я там в очереди с конца. Но кое-какие связи заимел, да.
— И квартирку на Кутузовском проспекте тоже, — продолжил ухмыляться он.
На это я совсем уже не нашел, что ответить, тогда он продолжил уже более серьезным тоном.
— Составишь мне протекцию в кремлевскую поликлинику?
— А что я с этого буду иметь? — хитро прищурился я.
— Какой умный мальчик, — ответил он, — не по годам… будешь обязанного тебе человека не в самом последнем лечебном заведении Москвы.