— Но условие было, что все билеты, — проблеял тот.
— Вы решили задержать нас до полуночи? — светски поинтересовалась Большакова у Додика.
— Нет, но…
— Вы поставили студентке, которой гордится весь факультет, несправедливую оценку, унизили и оскорбили её в присутствии её одногруппников, выставили всю нашу кафедру в неприглядном свете, — отчеканила Большакова так, что даже Кире стало несколько не по себе.
— Кира, дайте Евгению Васильевичу свою зачётку, пожалуйста, — с акульей улыбкой попросила Большакова.
Кира быстро положила развёрнутую зачётку на стол.
Додик с видом побитой собаки в следующей графе после своего «хорошо» написал «отлично» и поясняющий текст, типа ошибся и оценка точно «отлично»: чиркать в зачётке было нельзя.
— Кира, вы можете идти, — кивнула Большакова и Кира, поблагодарив, подхватила дублёнку и вышла из методического кабинета. Стоило только аккуратно прикрыть двери, как за ней раздался настоящий крик, но она решила не прислушиваться и ускорила шаг, направляясь к выходу.
— Ты молодец, — похвалил Грим, когда она вышла на улицу и вдохнула морозного воздуха.
— Мне хотелось… Его растоптать, унизить, чтобы его уволили, — вздохнула Кира, рассматривая звёздное небо. — Я так разозлилась. И на какой-то миг словно потеряла связь с реальностью. Словно я во сне, где нужно убить маньяка, понимаешь? Просто убрать что-то, что тебе мешает, с дороги. Как мерзкого таракана прихлопнуть тапком.
— Я ощущал, как ты сдерживаешь ману, — ответил Грим. — Ты хотела справиться с ним сама?
— Не знаю. Он сильно меня выбесил. Но я всё же… не хотела членовредительства, наверное.
— Ты же всё-таки человек, — хмыкнул Грим. — Злиться — это нормально для твоего вида. Ты смогла отделить свою злость от своего воздействия. И просто позволила себе позлиться как обычный человек.
— Ну, наверное, тогда это хорошо… — Киру передёрнуло. В какой-то миг ей показалось, что она на самом деле может организовать Додику несчастный случай в самом ближайшем будущем. Кира не была уверена, что её остановило именно человеколюбие, скорее, она просчитала вероятность отката и не желала, чтобы пострадал кто-то из её близких или она сама.
Она сделала длинный выдох, увидела шагающий по дороге одинокий силуэт и узнала Кирилла.
— Привет, ты как-то быстро, я решил, что подожду тебя и вместе погуляем, — предложил Кирилл, когда они поравнялись. — Ну, как всё прошло?
— Отлично, — хмыкнула Кира. — Всё как в анекдоте про аленький цветочек.
— Что… за анекдот?
— Ну этот, в котором купец спрашивает дочерей, что им привезти из стран далёких. Старшие дочки попросили подарки, настала очередь младшенькой, Настеньки. И просит Настенька: «А привези мне, батюшка, чудище огромное для плотских утех». Удивился купец, руками замахал: «Что ты, что ты, доченька, и не проси такого! Срам-то какой». Вздохнула Настенька и сказала: «Ну, раз иначе не хочешь, привези мне, батюшка, цветочек аленький».