— Ага, до завтра, — улыбнулась Кира.
Глава 17 Экватор
— А вот этого будешь целовать? — спросила Кира отвернувшегося ото всех Вову Козлова, показывая на Катю Лузгину.
— Н-ну… Ладно. Да, — согласился Вова под хихиканье девчонок. Вова перед этим отказался от Маши и Тани.
— Вот сюда будешь целовать? — Кира показала на щёку.
— Нет.
— Вот сюда будешь целовать? — сыграла голосом Кира, показав на лоб.
— Нет.
— Вот сюда будешь целовать? — показала Кира на кончик носа.
— Да.
— Вот столько раз поцелуешь? — Кира показала один палец.
— Нет.
— Вот столько поцелуешь? — прибавив удивления показала Кира пять пальцев.
— Да.
— Тогда целуй!
Вова развернулся ко всем, и Кира показала на Катю.
— Целуешь Катю в кончик носа пять раз.
«У-у-у!» — радостно взвыла группа, пока Вова, склонившись чуть не пополам, чмокал невысокую Катю.
На экватор собралось девятнадцать человек из тридцати одного. Катя сказала, что они хотели позвать и некоторых общаговских вроде Коли Любимых и Серёжи Пятилетова, но они, как оказалось, жили с Женей Абросовым, а его девчонки звать не хотели: был он каким-то противным. Кира о существовании Абросова узнала, когда тот написал гадостей про неё в курсовой по психологии на втором курсе, так что поверила на слово.
Вову Семикрылова не позвали из-за Васи Пушкина; в общем, у девчонок была своя «политика партии» и Кира просто её приняла. По большому счёту, ей было всё равно, кто будет, а кого не будет, и уж точно она не собиралась приглашать Домнина или выговаривать девчонкам, что его не позвали, вроде как староста. Позабавило лишь то, что позвали Женю Ощепкова, на которого до этого не обращали внимания. Поговорить с Женей было очень сложно из-за его заикания, да он был маленьким, рыжим и стеснительным и всегда наособицу. Хотя Кира никогда не чувствовала от него какой-то агрессии или ненависти к другим, как это иногда бывает у некоторых одиночек или изгоев.
Когда все пришли Кира даже толком не могла сказать, кого нет, так как весь основной костяк, кто ходил на лекции и сидел на первых-вторых-третьих партах, кроме Домнина, вроде бы был.
В основном, вся еда была закуской или бутербродами. Как поняла Кира, на то, что скинулись, купили пару бутылок водки, пару полторашек апельсиновой газировки, чтобы разбавлять выпивку, а на остальное колбасу, хлеб, майонез, горошек, рыбных консервов. Накрошили что-то типа оливье и сделали «мимозу», а так все тарелки были заняты просто бутербродами с тонко нарезанной колбасой. Ещё одна тарелка была с нарезанным апельсином и яблоком.
Кира вдобавок принесла с собой пакет кексов, которые ей сложила мама: так как Кирилла не было, есть их всё равно некому. И у них появилось «что-то к чаю».