— Как ты влюбился? Дал ли ты понять это своей избраннице?

Родитель молчал. Я не торопила его с ответом, переключившись с кружащегося снега на иней на стекле. Дотронулась пальцем и тут же отдёрнула руку — холодно. Лёд всегда обжигает. Такое у него удивительное свойство. Как и Лирей. Вроде ледышка безэмоциональная, а задевает меня сильнее всех.

— Любовь она разная, Эльена, — ответил родитель и подошёл сзади, положив руки мне на плечи. Я развернулась к отцу, заглянув ему в глаза. — С твоей мамой это было головокружительно. Я был помолвлен с другой, когда встретил её — великолепную, несравненную, ослепительную. Я потерял голову. Не мог ни о ком думать, кроме неё. Засыпал её подарками, бесился, если она только посмотрит на кого-то другого. Это было ярко. Мои чувства горели, как раскалённые поленья в костре. Но после твоя мать…

— Потушила это пламя, — тихо ответила я, и отец кивнул.

— Ей было тяжело.

— Как и тебе. Но ты не бросил меня. Не закрылся. А растил и дарил мне всю любовь, какую мог.

— Я сильнее, чем она. Не вини её, Эльена. Отпусти эту боль из своего сердца, хотя бы ради себя. Ненависть съедает. Она не дарит успокоения.

— А ты простил её?

— Не сразу, а лишь когда встретил Вилетту, — кивнул отец и улыбнулся, присев обратно в кресло. — Мать Лирея замечательная. С ней я понял, что такое семейное спокойствие, уют и комфорт. Я счастлив, Эльена. Поэтому и говорю, что любовь бывает разной, но важно её сохранить.

— А можно ли её взрастить?

Отец сглотнул и пожал плечами.

— Не знаю, дорогая.

Мы молчали. С папой было хорошо. Он дарит спокойствие и защиту, и, казалось, весь мир сможет подождать. Наконец, герцог Бостон поднялся на ноги и посмотрел на напольные часы в углу кабинета.

— Береги себя, Эльена, — отец вновь поцеловал меня в лоб, — что ж, не буду отвлекать вас с Лиреем от учёбы. Увидимся через два дня, дорогая.

— Ты тоже береги себя, пап.

Отец ушёл, а я осталась в своих мыслях. Опомнившись, ведь я тут как ни в чём не бывало размышляю в кабинете главы академии, выскочила из кабинета. Лирей тут же подошёл ко мне: он всё это время ждал в приёмной, не имея возможности отдалиться из-за браслетов.

— Ты думаешь, они хотят нам сообщить о прибавлении в семействе? — хмыкнул братец.

Я пожала плечами, смущённая этим разговором.

— Возможно, хотя отец сделал акцент на том, что это касается тебя. Может быть, тебе подыскали невесту? Твоя мама иногда ведёт с тобой подобные разговоры.

Лирей застыл и посмотрел на меня слишком серьёзно, так, словно его слово было в этом вопросе законом.

— Она не посмеет. Я уже сделал свой выбор, и она об этом знает.