Мне была непонятна вся эта возня. Ну подумаешь, инквизиция! Что они мне сделают? Потащат на костёр, как ведьм в средневековье? Пф-ф, бред же!

Заметив мою отрешённость, Алёна всплеснула руками и подбежала ко мне.

— Бежать вам надо, ваше сиятельство! — воскликнула она, отодвинув от меня тарелку с печеньем. — Да хоть раз в жизни сделайте что-то!

— Ты преувеличиваешь, — сказал я, сделав последний глоток. Кофе оказался вкусным. — Ну сама подумай. Я же князь.

— Вы что такое говорите⁈ — моя помощница прижала руки к груди, натянув ткань. Мой взгляд сам собой нырнул в вырез блузки и принялся блуждать между двумя прекрасными образцами женской красоты. — Князь! Вы меня слышите?

Кажется, я увлёкся любованием и пропустил последние слова Алёны.

— Да вы как будто и не слушаете меня! — девушка всплеснула руками и уставилась на меня с выражением расстроенной матушки, что вызвало у меня только негатив.

— Успокойся, — я потёр переносицу. Терпеть не могу попытки выесть мне мозг чайной ложкой. — Давай без этого.

Я помахал рукой в воздухе, пытаясь обозначить без слов всю эту возню.

— Вы правда думаете, что вам ничего не грозит? — снова спросила Алёна, поджав губы. Она вдруг прищурилась и обернулась к Захару. — А ты чего сидишь⁈ Нашего князя убивать идут, а ты! Иди собирай вещи!

— Дык это, Алёночка Владимировна, а какие вещи-то? — Захар обвёл мутным взглядом столовую и пошатываясь направился к лестнице. — Там одних только рубашек на три чемодана, а ведь ещё исподнее, камзолы, сапоги.

— Складывай только то, что пригодится на первое время и не занимает много места, — скомандовала моя помощница. — Одного чемодана хватит.

— Как это? Один чемодан, это же… — Захар начал загибать пальцы. — Всего по два комплекта получается.

— Вот и хватит ему, — на меня уже никто не обращал внимания, а вот я внимательно смотрел на своих подчинённых.

Уважения к своему князю с их стороны я не заметил. Да и моя демонстративная меланхоличность была воспринята ими как должное. Что это значит? Что мой предшественник был инфантильной мямлей, который не сумел найти управу на слуг.

— Я никуда не поеду, — сказал я громко.

Алёна застыла посреди гостиной, а Захар чуть не навернулся с лестницы.

— Ваше сиятельство, — Алёна набрала воздуха в грудь и наставила на меня указательный палец. — Если вы не забыли, поместье уже выставлено на торги. Почти все деньги уйдут на долги, а оставшихся не хватит на безбедную жизнь.

Вот как значит. Что же за княжеский род такой, что ни шиша за душой? Я новым взглядом осмотрел дом. Несмотря на обшарпанные обои и устаревший дизайн, этот особняк мне понравился. Расставаться с ним не хотелось.