При таких агитационных роликах, которые тут крутят, каждый должен знать об альтернативном способе проверки одержимого. Выходит, что с Александром Новиковым мне следует быть настороже. Как, впрочем, и со всеми остальными.
Эти мысли проносились в моей голове, пока мы с приятелем князя наблюдали за перебежками пса. Я всё чаще возвращался к одной детали, которая зацепила моё внимание в изученных бумагах. Некий Альфред Монтеро предлагал баснословную сумму за статую электропса ещё родителям князя.
Первое предложение поступило Громовым аж восемь лет назад, и с каждым годом нули в этом предложении только увеличивались. Но Алексей Иванович Громов каждый раз отвергал столь щедрую сумму, аргументируя отказ тем, что статуя дорога роду как память предков.
И теперь, глядя на сверкающую молниями шкуру Вольта, я начал понимать, что эта самая память предков оказалась очень даже важна для рода. А не могло ли случиться так, что родителей Юрия, да и его самого убили именно из-за пса?
Кстати, а где он? Я покрутил головой, но Вольта не увидел.
— Саша, куда он делся? — спросил я у блондина, позабыв про манеры и вежливость. — Вольт⁈ Ты где?
— Только что был здесь, — нахмурился Александр, выглядывая по сторонам моего питомца. — Кажется, в той стороне видел его в последний раз.
Я посмотрел на заросли боярышника, на которые указал Новиков. По ушам ударил громкий собачий визг. Звук был такой, будто кто-то заживо сдирает с пса шкуру. Не раздумывая ни секунды, я рванул к кустам. Только бы успеть!
Глава 7
Когда я увидел неподвижно лежащего на земле Вольта, у меня на секунду дрогнуло сердце. Вроде бы мы с ним вместе всего ничего, но я успел привязаться к этому хитрому псу настолько, что вокруг меня уже били молнии. Что самое интересное, людей я рядом не видел.
Точно! Вольт же говорил про артефакты! Значит, эти гады маскируются? А молнией по кумполу они не хотят⁈
В этот момент во мне что-то пробудилось. Что-то древнее и мощное. Из моих рук вырвался сноп искр, а затем всё пространство вокруг меня затопило белоснежное пламя. Молнии сверкали, сыпали искрами, трещали от напряжения, но я не останавливался.
Вольт вдруг резко дёрнулся, вскочил на лапы и рванул ко мне, высунув язык.
— Убегают! Не туда целишься! — крикнул он.— Я покажу!
Он сменил направление и побежал влево, разминувшись со мной буквально на пару метров. Я не стал расспрашивать, как пёс так быстро пришёл в себя и почему он визжал — не до того было. К тому же, как раз Александр подоспел, собираясь помочь мне найти тех, кто «сделал больно собачке».