Рывком распахнув дверь, я едва успел увернуться от удара в лицо. Следом в меня полетел сгусток огня размером с футбольный мяч. Да они тут совсем охренели?
— Ты поплатишься за унижение, нанесённое графу Стрельникову! — пафосно проревел мой новый знакомец, отправив в меня ещё один фаербол. — Ты унизил меня перед самим Пожарским! Я это так не оставлю!
Я увернулся от очередного огненного мяча и закатил глаза. Вот ведь придурок. Сказано же было, что дуэли и драки запрещены во время военного положения. Хотя мне-то какое дело?
Захотел этот граф по морде получить, значит, порадуем. От всей, так сказать, широкой русской души. Ладно хоть остальные «благородные» не отсвечивали, а стояли у стеночки, наблюдая за действиями буйного графа.
Молнии вспыхнули между пальцев, взметнулись искрами и на полпути столкнулись с фаерболом. Следующий разряд парализовал Стрельникова, который застыл на месте, хватая открытым ртом воздух. Я уже собрался приложить его покрепче, но вдруг на плечо графа плюхнулся желтовато-зелёный сгусток слизи.
Стрельников вместе со мной задрал голову к потолку и завизжал во весь голос, а я уставился на странное существо, совершенно не похожее на демонов, с которыми я не так давно сражался. Это ещё что за хрень такая?
Глава 13
Михаил Бабарыкин вздохнул и посмотрел на дверь, ожидая, когда появится странный паренёк, которого граф Стрельников решил наказать за пренебрежение и унижение. Будучи баронетом, Михаил понимал, что честь аристократов — крайне уязвимая вещь, которую нельзя увидеть, зато можно задеть. Ну или вляпаться по незнанию, ведь честь, как и эго, все так и норовят попрать грязными сапожищами.
Нет-нет, сам баронет Бабарыкин и не думал лезть в конфликты между аристократами, даже если те вели себя очень некрасиво. Куда ему пятому сыну без владений и наследства? Только стать посмешищем для своих родных, которые только того и ждут. Даже на Рубеж Михаила отправили практически силой: мол, если откажешься, то ещё и титула с фамилией лишим.
Михаил согласился и приготовился ждать неминуемой смерти. Странности начались уже в полёте. Сначала сгорел его телефон вместе с зарядным устройством и дополнительной батареей. Потом на колонну военных напали демоны, а после того как Бабарыкину всё же повезло выжить, с башен крепости застрочили пулемёты.
Двадцатилетний Михаил был уверен, что все эти случайности неслучайны. Он чувствовал, знал, что над ним навис злой рок. Парень даже выглядывал из-за машин во время боя, ожидая последнего удара, но он видел только вспышки молний и падающие на землю туши демонов. И тогда он понял, что его спасение — быть рядом с тем молодым брюнетом, который будто создан для битвы с монстрами.