— Верно, Рома. Привет. Привет и тебе, Марк, дружище. Если бы не это безумие, я был бы рад увидеть вас лично. Выпили бы вина, у меня есть с собой хорошее, моего года рождения. Вы мне нравитесь, парни, честно. Но если надумаете…

— Это невозможно, — сказал Марк и снял наушники. — Лучше говори с ними сам, Рома. Не хочу слышать ни его, ни Павла. Сразу вспоминаю, что стало с Валем.

Я сел поудобнее.

— Рассказывай, Рэгвард.

— Нечего рассказывать, Рома, — сказал он.

Голос такой чёткий, будто Келвин сидел напротив. Я даже вспомнил его лицо с характерными для Рэгвардов разноцветными глазами. Ничего не имел против этого парня, но мы враги. Причём это самый опасный наш враг.

Вспомнил, как мы играли нашими командами в Квадру. Было весело. А потом началась череда столкновений, закрепивших вражду на годы.

— Никогда не поверю, что тебе не о чём говорить.

— Ты прав, я бы хотел рассказать о многом, — Келвин едва слышно фыркнул. — Вспомнить, как мы отправились в нашу командировку на юг, где нас взяли в плен мятежники Клайдеры, и ты спас мне и другим жизни. Как потом ты спас меня снова от покушения и убийцы. Как ты помог мне сбежать из академии в ночь заговора. Много чего. Я тебе благодарен, это правда, Рома. И от этого у меня на душе будто, извиняюсь за выражение, кошки насрали. Я привык возвращать долги, но впервые не могу этого сделать. Тошно, знаешь ли.

— Ты же получил моё письмо?

— Что мой дядя играл в свою игру? Да, получил, и ты же видел мой ответ. Но я, как и наш Янек — не мог поступить иначе. Знаешь, мы ведь все заложники нашего общества. Что ты, Рома, что Янек, что я. Я не мог не объявить месть. Ян тоже не мог не убить моего дядю. Даже если бы он не хотел, его бы заставили его генералы.

— Всё ещё любишь говорить, — я отодвинул микрофон подальше от горла и отключил его на время. — Слушайте переговоры с Шевцовым. Полная боеготовность. Рэгвард может просто отвлекать.

— Есть!

Сергей начал крутить ручки радиостанции. Марк переключил несколько тумблеров и вставил руку в механический рычаг. Нацеливает орудия заранее.

— Но в чём беда нашего общества? — продолжил разглагольствовать Келвин. — Оно феодальное и оно не развитое. Мы застряли, Рома, застряли в своём развитии. Вспомни историю.

Радар затрещал и засветился сплошным пятном. Я открыл боковую крышку экрана и убавил яркость, прокрутив колёсико. Хоть вообще их выключай, они сейчас бесполезны.

— Все эти герцоги воевали друг с другом на конях, с луками, мечами и копьями. Пришёл Таргин Великий, чтобы принести сюда цивилизацию и развитие, но всё опять встало ещё при его долгой жизни. Он пытался это поменять, но не успел. На его место пришёл Павел Громов с такими же планами. Он и его сын поменяли многое. Но что потом? Всё вернулось на старые места.