Я вздохнул, взмахом руки развеивая иллюзию печати.

— Хорошо, Екатерина Вячеславовна, — договорив, я повернулся к бойцам. — Сержант, я заберу личные вещи?

— Конечно, ваше благородие, — последовал ответ из-под шлема, где установлены динамики. — Мы же не конвой, а сопровождение.

— Господа студенты, на этом занятие окончено, вам предстоит разобраться в оставшихся вопросах по нашей теме самостоятельно. Запишите задание: глава двадцать вторая, параграфы с шестого по восьмой.

Пока я говорил, параллельно убирал документацию в саквояж. Так и ношу с собой тревожный чемоданчик. Новый, разумеется, ведь в нем теперь требовалось место под бумаги. Студенты поглядывали на солдат с любопытством.

— Господа студенты, — привлекла к себе внимание Александрова. — Досрочное окончание этого занятия совсем не значит, что по материалу вас не спросят. Иван Владимирович обязательно затронет эту тему на экзамене, и я проверю это лично.

Мои учащиеся дружно вздохнули, выдавая себя с потрохами. Да, я безжалостно отсеивал откровенных лентяев, но они молоды, им больше хочется веселиться, чем учиться. А потому некая безалаберность была им свойственна. И, конечно, тот факт, что многие дворяне с радостью принимали студентов академии в свои компании, вносил дополнительное нежелание познавать науки.

— Идемте, ребята, — подойдя к морпехам, кивнул им я.

Так как шли занятия, в коридорах нам попадались только сотрудники академии. И хотя глядели они с любопытством, но подходить и заводить разговор, разумеется, никто не стал.

А стоило выйти на улицу, как на мое лицо сама собой наползла улыбка.

— На такой я еще не катался.

— Садитесь впереди, ваше благородие, — открыв бронированную дверь, кивнул мне сержант.

На платформе военного грузовика сделали броневик для использования в городских условиях. Чуть длиннее обычного внедорожника, с установленной на крыше спаренной пулеметной установкой. Узкие бойницы в задней части автомобиля, где должны передвигаться солдаты. Судя по обводам на броне, есть еще дополнительные пушки, которые выдвигаются из-под защитных пластин, чтобы вести огонь по ближним целям. И, разумеется, машина способна поворачивать на триста шестьдесят градусов.

Водитель уже сидел на своем месте. Молодой мужчина без доспеха кивнул мне, после чего снял с головы фуражку и бросил ее на панель перед собой. Мое сопровождение забралось в кузов.

— Как вам наша «Ласточка», ваше благородие? — спросил водитель, заводя мотор нажатием кнопки.

— Сейчас прокатимся и узнаем, господин лейтенант, — с улыбкой ответил я.

Как такового водительского сидения не предусматривалось, одна общая лавка тянулась от двери до двери. Напротив меня имелась рукоятка, выпирающая из бардачка, за которую можно было держаться. Система ремней безопасности при этом была современной.