— Так все интересуются, — пискнула Надя.
— Все, да не все, — покачал головой я, — та же Ксения Уточкина.
— Она тоже интересуется, — хмыкнула Оля, — просто мы не зовём её.
— А вот это вы зря, — неодобрительно покачал головой я, — но ладно, я блок этих тем для «наших» расскажу. А вот дальше, когда перейдём на общие занятия, можно и её, и остальных звать…
Девчата радостно закивали. Они сейчас были готовы на всё.
Оля оказалась отличной исполнительницей. В назначенное время актовый зал был забит девушками, активно «интересующимися» темами по саморазвитию. В этой разнопёстрой толпе я увидел только два или три мужские лица.
Ну да ладно, будем работать с тем, что есть под рукой.
Я дождался, когда все утихнут и успокоятся, и вышел на середину зала.
В любом выступлении очень важным моментом является умение оратора удержать внимание собеседников. Если зрители сидят прямо перед выступающим, то главное правило — нужно не прерывать зрительный контакт сразу со всеми. И сделать это необычайно трудно. Но когда зрители сидят кругом вокруг оратора, то держать их в фокусе — это целое искусство. И этим искусством я владел сполна. В том, прошлом мире, я неоднократно выступал перед многотысячными аудиториями, и часто они находились в амфитеатре. Поэтому я знал, как правильно встать. Как «играть» модуляцией своего голоса. Где делать больше паузу, где говорить торопливо и рвано, а где медленно и с нажимом:
— Как суметь понравиться? Как суметь удержать внимание и управлять эмоциями других? Как заставлять других делать то, что нужно вам, и так, чтобы они этого не поняли?
Глава 7
Вечером я пришел домой, уставший, как собака. Даже не ожидал, что этот чёртов отчёт займёт столько времени. Вышел на кухню, затянулся сигаретой и, глядя в темнеющее окно, задумался. Время шло, точнее бежало, а вопрос с продвижением Козляткина на замруководителя Комитета не двигался совершенно. Я уже и так подумал, и эдак. Остро не хватало вводных и моего знания реалий этого времени.
— Муля, — от звука собственного имени, я аж вздрогнул и торопливо обернулся.
— Ты что, опять куришь, да? — Фаина Георгиевна подошла поближе к окну, со вздохом вытащила сигарету и же закурила. — Сколько уже раз ты обещал бросить?
Мои уши запылали, но я промолчал.
— Молчишь? — обличительно хмыкнула она и молча затянулась, выдувая дым в форточку.
Помолчали, курили в тишине.
— Как дела в театре? — решил нарушить затянувшуюся паузу я.
— Плохо, — нахмурилась Фаина Георгиевна и тяжко вздохнула.
— Что уже случилось? — удивился я, ведь вроде бы всё у меня было под контролем, и тут на тебе!