Я понял, быстро изобразил раскаяние, потом до меня дошло, что этому раскаянию никто, даже товарищ Киров, не поверили. Хозяин кабинета чуть усмехнулся, затем продолжил:

— Интересный анализ получается. По вашему мнению, если бы коммунисты поддержали выдвижение социалистов на пост президента, то ситуация могла стать иной?

— Товарищ Сталин, мой анализ исходил из нескольких составляющих. Первое это то, что мы имеем на виду: в первом туре Эрнст Тельман набрал 13,2 процента голосов, во втором, в котором осталось только трое — только 10,2%, фактически, потеряв три процента голосов избирателей. Причем программа его была заточена на борьбу против социалистов, а не против Гитлера, национал-социалистов вообще. Это было главной ошибкой со стороны наших немецких товарищей. Именно Гитлер стал сейчас главное угрозой всему миру, а национализм, как и его крайняя форма национал-социализм, нацизм — основным оружием буржуазии против пролетариата и социализма как такового. Идеология Гитлера взяла в себя положительные моменты социальных программ нашей системы смешав их со средневековым национализмом, когда чужой — это враг, а одна нация имеет превосходство над всеми другими. С его громкой программой реванша, Адольф имеет опору на серьезный электорат, который составляет около тридцати процентов голосующих. Это не просто много, это катастрофически много. Наиболее вероятным претендентом на пост президента со стороны СДПГ был бы Отто Браун, сейчас министр-президент Пруссии. На прошлых выборах его в первом туре поддержали 29% избирателей. Формально, если сложить их голоса вместе, они могли бы при обоюдной поддержке получить порядка сорока процентов голосов избирателей и выйти во второй тур, при этом Гинденбургу досталось не более двадцати процентов голосов, он мог стать только третьим. Вся проблема была в том, что социал-демократы сразу же взяли ориентацию на Гинденбурга, как на сильного кандидата, способного остановить Гитлера. И это сделало невозможным для коммунистов поддержать нынешнего рейхспрезидента. Но то, что было невозможно тогда, должно, обязательно должно быть реализовано сейчас. В Германии на сегодня две самые большие опасности: рвущийся к власти Гитлер, которому уже начинают оказывать поддержку крупнейшие промышленники, вторая же проблема нынешний канцлер Папен. Он уже сейчас готов сделать всё, чтобы заложить основы реставрации имперской Германии под властью Гогенцоллеров. При этом не имеет значение, кого из них вытащат из бельгийских полей на равнины европейской политики. При этом своими неуклюжими действиями Папен тупо расчищает дорогу для Гитлера.