— Мы постараемся выяснить, была ли такая договоренность, товарищ Кольцов. Насколько я понимаю, переговоры между фигурантами этого дела могли начаться в первых числах июля, не позже того?

— Да, абсолютно верно. Вот что настораживало: 14 июля Гинденбург дает фон Папену карт-бланш, подписывает документ, который позволяет фактически упразднить правительство социалистов, но дату не ставит. Через три дня происходит инцидент, названный Кровавым воскресеньем в Альтоне — стычка между нацистами и коммунистами. Это 17 июля. 20 июля рейхсканцлер убирает правительство Брауна и делает себя еще и по совместительству министром-президентом Пруссии, убирая социалистов со всех мало-мальски влиятельных постов. После чего следует отставка Папена из-за вотума недоверия, который собирались предъявить коммунисты. Он уходит в отставку, назначаются выборы, которые выигрывают нацисты. Ситуация складывается схожая с ситуацией в Пруссии: большинство голосов, это примерно тех же тридцать семь с небольших процентов, коммунисты станут третьей по силе фракцией, набрав четырнадцать с небольшим процентов, социал-демократы станут второй силой, набрав двадцать один с половиной процента. Остальные партии наберут намного меньше. Хочу заметить, что коммунисты получат плюс двенадцать голосов, а социалисты потеряют десять. То есть электорат левого блока фактически останется неизменным. Но, огромный скачок голосов за нацистов станет результатом того, что Папен разрешит деятельность вооруженных отрядов НСДАП, именно они будут запугивать избирателей, по всей Германии уже сейчас идут стычки между ними и коммунистами.

— Это верно, товарищ Сталин. Идут постоянные нападения на места, где собираются наши сторонники. Уже убито более полутора десятков наших немецких товарищей. — подал голос Киров. Я чуть отдышался и продолжил.

— В июле всё это действо станет ещё более кровавым. А после Папен опять не сможет создать коалицию, Гитлер же рвется к власти самостоятельной, поэтому будут следующие выборы, в ноябре. Коммунисты опять получат еще 11 мест, а социалисты потеряют двенадцать, серьезно потеряют и нацисты, лишатся 34 мест в парламенте, но все равно будут первой по численности партией. Потом согласятся войти в коалиционное правительство, зарезервировав за собой пост рейхсканцлера. Гинденбург согласится. 30 января для Гитлера откроется окно возможности, Гинденбург умрет. Дальше я уже рассказывал. Повторяться не буду.

— И всё-таки, что можно изменить сейчас?

— Во-первых, необходим ситуационный блок с социалистами и созданием Левого фронта. Или Единого фронта. Название не имеет значения. Тем более, что значительная часть немецкой интеллигенции, в том числе Альберт Эйнштейн уже выступила с таким предложением. Это разумная мера. Сейчас необходимо забыть об идеологических разногласиях. Но и это не самое главное. Интересным станет как раз ситуация с Кровавым воскресеньем в Альтоне. Всё дело в том, что, если бы Отто Браун дал решительный отпор попытке фон Папена произвести переворот — ничего бы не было. Полиция Пруссии превосходила силы армии Веймарской республики. Плюс военные отряды компартии — перед угрозой Гражданской войны Гинденбург бы спасовал. Более того, была возможность продавить опять запрет нацистских военных формирований.