— Извините… — отчаянно покраснела орелен, тоже вставая и натягивая комбез. — Я же говорила, что не сдержусь, если запущу женский зов… Он и нас, женщин, возбуждает очень сильно, чтобы не обращали внимания на внешность мужчины… Нам ведь от него только одно нужно…

— Это я должен извиниться… — проворчал врач. — Должен был справиться!

— Вы не могли, с зовом способны справиться только немногие очень сильные маги, мы с такими сталкивались в нескольких мирах. Сразу после этого бежали оттуда без оглядки, понимая, что полностью беззащитны против них, ведь маги с их дикой гордыней такого воздействия не простят.

— А вдруг забеременеете?..

— Это станет для меня величайшей радостью! — улыбнулась Кхе-Тхая. — Я уже лет двадцать мечтаю о ребенке. Но меня с детства считали еретичкой, вот жрицы и следили, чтобы мне не доставалось мужчин, а на свободную охоту не отпускали. Я потому, наверное, и не удержалась… Еще раз извините…

— Но если родится ребенок, то я, как отец, хотел бы принимать участие в воспитании, — пристально посмотрел на нее Михаил Владимирович. — Прошу также учесть, что с семи лет все наши дети отправляются в интернаты. Это обязательно. Да дети и сами туда хотят обычно, там интересно.

— У нас примерно в том же возрасте детей забирали у матерей в жреческие школы, так что это обычно, — кивнула орелен. — Меня в такой и обучили ходить по мирам. В школах действительно интересно. Я свою мать почти и не знала, она погибла, когда мне и пяти лет не было. А скажите, у вас можно будет родить только одного ребенка?

— Нет, сколько захотите, — покачал головой врач. — Чем больше, тем лучше. У нас нехватка людей, потому рождение детей только приветствуется. Хоть в семье, хоть в одиночку. Вас всегда поддержат и помогут всем, чем только возможно. Тем более, что ваши дети, скорее всего, тоже будут мастерами пространства, а их в империи очень мало.

— Обязательно будут, — подтвердила Кхе-Тхая, она, проверив свою матку ментальным импульсом, удостоверилась, что там зародилась новая жизнь, и пребывала по этому поводу в эйфории. — А есть кому их обучать?

— Да, — кивнул врач. — Возможно вам не говорили, но среди нас есть древняя корхай, проспавшая в стазисе не три тысячи, а двенадцать миллионов лет. Она и занимается обучением мастеров пространства. Также имеются искины сегментных и секторальных станций. Полностью разумные и одушевленные. В их памяти записаны огромные массивы информации по вашей профессии. Мало того, малую вселенную, в которой мы сейчас находимся, когда-то создали именно корхай ради каких-то своих целей.