Все это страшно, непредставимо раздражало. Проклятые имперцы не давали сопротивлению ни единого шанса не то, что на борьбу, а даже на то, чтобы донести свою позицию до людей.
— Ясно, — раздраженно дернул щекой Лонгстоун. — Теперь по финансам. Насколько нам удалось выправить ситуацию?
— За прошедшие десять лет нашими структурами заработано около полумиллиарда имперских рублей, мы могли бы заработать намного больше, если бы правила оставались прежними, однако теперь ведение бизнеса сопряжено с огромными сложностями, — доложил герр Краузе, являющийся основным казначеем европейских масонов.
— Какого рода сложностями?
— Во-первых, строго фиксированные цены на ресурсы. Во-вторых, полный запрет бирж, как таковых, хоть товарных, хоть финансовых. Отсутствие ценных бумаг, разрешено только долевое участие. Отсутствует инфляция. Нет никакой возможности рейдерских захватов, за это вешают. Я…
Герр Краузе не договорил, поскольку в этот момент произошло кое-что, чего никто из собравшихся не ожидал. Стена напротив загорелось призрачным светом, на ней медленно проявилось лицо человека, которого собравшиеся сразу узнали и вздрогнули. Он был все так же похож на старую, расплывшуюся жабу и так же опасен, как гюрза. Впрочем, нет, намного опаснее.
Со стены на масонов с насмешливой ухмылкой смотрел Джордж Сорос.
1 Запрещено на территории РФ. (Прим. автора).
Глава 1
Николай Александрович с довольствием прихлебывал пандорианский синий чай, закусывая напоминающими неровный кубик с кулак ребенка запеченными плодами саншаса, растущего только на Пелагее, одновременно просматривая с помощью импланта утренние новости. Прошедшие десять лет тяжело дались капитану «Снегиря», приходилось не раз ложиться в медкапсулу, чтобы не упасть с ног. Катастрофически не хватало людей на все нужное, при этом на Земле жило множество бездельников, не желающих ничего делать. Но проще было кормить их, ожидая пока сами вымрут, чем заставлять работать. Способы, конечно, имелись, но еще дома имперцы убедились, что иметь дело с обывателями — себе дороже. Пусть лучше жрут от пуза и не лезут, куда их не просят. Тем более, что вскоре вполне можно было ожидать сытых бунтов, все признаки недовольства зажравшихся бездельников налицо. Их придется запугать до полусмерти, иначе с проблемой не справиться. Перевоспитанию живущие только ради своих удовольствий твари не поддаются. Значит, должны бояться высунуться, или они все погубят, как погубили Советский Союз.
— Приветствую! — возник на стене голоэкран, с которого на капитана взглянул старпом, он выглядел встревоженным.