К выбранному кораблю подошли незаметно, облучили его станнером, после чего аккуратно вскрыли при помощи разведывательных дроидов. На борту оказалось всего два человека — мужчина средних лет и молодая девушка. Их доставили в медцентр, где врачи, Эйна и Майда, поместили спящих в медкапсулы для ментоскопирования. Когда оно было завершено, местных вернули на борт шахтера, а их корабль оказался, как выяснилось, шахтерским, и отошли в глубину астероидного поля, чтобы изучить полученную информацию. Языки за прошедшее время успел выучить весь экипаж «Сокола».
— Ну что я могу сказать… — недовольно пробурчал дух, завершив анализ. — Ничего хорошего нас тут не ждет. Цивилизация торжествующего либертарианства. Государства, считай, и нет. Никаких социальных гарантий. Ничего бесплатного в принципе. Врачи переступят через кричащего от боли человека и спокойно пойдут дальше, если у него нет денег на лечение. Не общество, а какая-то клоака — охотники за головами, детская проституция, абсолютная вседозволенность. О чем речь, если кого-то ограбят, но он при свидетелях признает, что добровольно отдал свое имущество, то это считается законным. Единственный выход для бедняков, чтобы выжить — подписать кабальный контракт с какой-то корпорацией. Лет на шестьдесят. Тогда хотя бы по-человечески, относительно, конечно, жить будет. Падающего здесь не только подтолкнут, но еще и ограбят, а если привлекателен, еще и изнасилуют. Мужчин и женщин примерно равное количество, но их души… Бр-р-р…
— А ты видишь души? — насторожился Игорь.
— Вижу, — неохотно признал Чубакка.
— Так кто же ты такой? Не искин, не дух…
— Если я скажу, что нас еще называют двархами, это тебе что-то даст?
— Наверное, нет, — вздохнул капитан. — Ладно, неважно. Что там дальше?
— Многое. Очень многое. Но хорошего из этого многого, как я уже говорил, на удивление мало.
Глава 18
День выдался трудный, торговцы как с ума посходили, с утра в систему пришло больше пятисот кораблей, свободных доков не осталось ни на одной из шести гражданских станций. Большинство их осталось на внешнем рейде, но при этом требовали поскорее разгрузить. Давно в системе Рит-Стаор подобного не случалось, и диспетчеры буквально зашивались. Как, впрочем, и местная служба безопасности — каждый приходящий корабль требовалось проверить, недавний случай, когда работорговцы пригнали брандер и взорвали его возле строящейся станции, полностью уничтожив ее, был еще свеж в памяти. Повторения никто не хотел.
Система всего десять лет как перестала быть ближним фронтиром и вошла в состав Лархонской федерации, поэтому проблем хватало. Теперь федерация состояла уже из восьми систем, что сильно раздражало Рахарскую экзархию, которая сама давно облизывалась на Рит-Стаор — пригодных для жизни планет на достижимом расстоянии не хватало, приходилось строить пространственные станции и поселения под куполами, а это очень дорого. Но местные жители, невзирая на все обещанные привилегии, не пожелали иметь дело с работорговцами и в решающем сражении выступили на стороне Лархона, ударив рахарцам во фланг, благодаря чему федераты и победили. Но экзархи этого не простили и с тех пор гадили, как только могли. То брандер под видом торговца пришлют, то пиратов натравят, узнав, что системная эскадра ушла гонять пиратов. В итоге федерации приходилось держать в Рит-Стаор куда большее число боевых кораблей, чем рассчитывали в штабе. Да и защитных призм запустили целых двенадцать, перекрывая любые секторы атаки. Плюс на границах системы поставили четыре военные станции. После этого провокации Рахара как будто прекратились, но ходили слухи, что работорговцы готовят крупную пакость.