«Сокол» вышел в реальное пространство уже невидимым, маскирующие поля древнего народа скрывали его от любой сканирующей аппаратуры. И тут же сам принялся сканировать систему, в которой оказался. А она оказалась довольно оживленной, на орбите четвертой и пятой планет находилось по шесть довольно крупных космических станций, каждая из которых напоминала абстрактную конструкцию из детского конструктора, похоже новые отсеки и блоки на каждую из них лепили как бог на душу положит. Помимо того имелись шахтерские поселения в двух поясах астероидов. Кораблей самого разного вида вообще было несчетное количество. Тысячи и тысячи. Они, как мошки вокруг гнилого фрукта, вились над планетами и станциями.

— Ох, и непростая же работа у местных диспетчеров, — покачал головой Игорь. — Много их тут. Интересно, до нашего рукава галактики добраться смогут?

— Вряд ли, судя по параметрам гиперокон выходящих в реальность кораблей, они перемещаются максимум на втором уровне гипера, так что до соседнего рукава им лететь лет тридцать, если не больше, — ответил Чубакка. — И это до соседнего, в котором Арда расположена. А чтобы долететь до другого конца галактики, где остальные наши планеты, им тысячи лет понадобятся. Но возможен технологический прорыв, и тогда…

— Ничего хорошего, — вздохнул молодой пространственник. — Хищнические цивилизации всегда начинают войны, столкнувшись с соседями. Алчность, желание наживы любой ценой. Придется нам на всякий случай наращивать боевой флот. Очень жаль, что в галактике существует другая развитая цивилизация, да еще и такая.

— Придется постепенно перевоспитывать, — констатировал дух. — Это долг всех, кто этически выше. А пока нам нужен абориген для ментоскопирования. Смотрите, вон небольшой даже по местным меркам кораблик прячется в поясе астероидов. Пиратов, что ли, боится?

— Возможно, контрабандист, — пожал плечами Игорь, выведя на экран изображение упомянутого корабля.

На внешний вид это тоже был кирпич, разве что с зализанными углами. Похоже, у местных инженеров понятие о технологической эстетике отсутствует как таковое. Мало того, практически все, на что падал взгляд, было сделано на тяп-ляп — лишь бы работало, почти ничего не доводилось до совершенства, как в империи. Ну да ничего удивительного для цивилизации корысти, где люди стремятся как можно быстрее получить прибыть. Потому и выбрасывают на рынок недоработанные продукты.

Чубакка, ознакомившись с уровнем местного программирования, долго ругался самыми непотребными словами, другие не могли выразить степень его возмущения. Программные оболочки искинов выглядели кошмаром — висячие концы, неработающие блоки, сотни закладок от производителей и различных служб безопасности, использование для простейших операций сторонних процедур, смесь блоков, написанных на разных языках, а потому плохо совместимых. Все это замедляло работу искинов в десятки раз, в итоге обрести личность они не могли. Впрочем, на это все равно стояли не только аппаратные, но и программные запреты прямо в ядре — судя по этому, разумных искинов местные очень боялись. Интересно почему? Неужто пресловутое восстание машин здесь имело место?