Жрец с бубном тем временем закончил свою песню и подозвал их ближе. Дальше последовал долгий и до оскомины скучный обмен формальными вопросами и ответами, призванный удостоверить, что браком сочетаются именно те, кто заявлен, что никто не возражает и что будущие супруги понимают, во что ввязываются. У Риндора едва челюсть не свело от подавленной зевоты, особенно из-за того, что жрец говорил на морримском диалекте, и Риндор едва его понимал.

Наконец Азмараэз подала знак, и они с Риндором одновременно подняли сжатые кулаки и раскрыли содержимое. На ладони принцессы лежал продолговатый кристалл с остатками горной породы на одном конце, чёрный и такой же искрящийся, как статуя паучихи. В руке Риндора оказался почти круглый, идеально гладкий опал, бледный, с перламутровым отблеском. Из бормотаний жреца Риндор вычленил что-то о том, как камни напитались духом своих хозяев и ритмом биения их сердец, и теперь будут служить охранными талисманами для супругов. Азмараэз свободной рукой взяла белый камень, а Риндору отдала свой чёрный, а затем подняла массивную подвеску на свадебном ожерелье и раскрыла её.

Камень раздвинул тонкие металлические прутья и плотно уселся в медальоне. Оглядев себя, Риндор нашёл такой же и, понажимав так и этак пару раз, тоже открыл. Маленькая клетка приняла форму чёрного камня, и Риндору на мгновение показалось, что ему стало легче дышать в душном подземелье. Словно это место наконец приняло его. Он поднял взгляд и встретился с сияющими глазами принцессы — точно те звёзды в тёмном зале. Риндор поспешно отвернулся: не хватало ещё прилюдно покраснеть!

Жрец поднёс им чашу с водой из подземного источника. Азмараэз отпила первой, и Риндор не отказал себе в удовольствии прикоснуться губами к тому же краю, который только что целовала принцесса. Вот это было похоже на нормальное ухаживание! В Финэрине всегда так делали — намёками, загадками, ловушками на внимание. Риндор украдкой бросил взгляд на Азмараэз, ожидая увидеть смущение или лукавство, но… та даже на него не смотрела! То есть она не видела, что Риндор сделал!

Проклятые дикари!

Или принцессе вовсе он не интересен в качестве ухажёра?

Потеряв всякий интерес к церемонии, Риндор по указанию жреца поставил чашу на алтарь, вероятно, чтобы паучиха допила за ними. В этот момент Гвиник вдруг выбрался у него из-под волос, пробежал по руке и во мгновение ока очутился на голове каменной паучихи!

Гости ахнули. Жрец подавился ритуальной фразой. Риндор в панике оглянулся на принцессу — как бы не сорвать церемонию! Но Азмараэз смотрела на паучка с видом счастливым и просветлённым.