Всё-таки сдал я Реваза с потрохами.
— Это да, слабость у него есть такая, — хохотнул Андрей. — Он вообще замминистра сельского хозяйства Грузии. Приезжал насчёт наших ростовских комбайнов договариваться. Вера, он вас не обидел?
И ведь не ответил, паршивец, насчёт сумки. Но что-то там явственно позвякивает. Не один же алкоголь, в самом деле?
А Андрюха уже вовсю заливается соловьём перед Веркой, и та, главное, слушает его вполне благосклонно и даже с интересом. Видать, молодость всё-таки многое решает.
Тьфу на вас на всех ещё раз!
Глава 3
Глава 3
— Какие вообще комбайны в Грузии? Там что, пшеницу выращивают? Я думал, они только вино делают да песни поют. Ну, ещё мандарины.
Ишь, косится на меня! Видать, до сих пор понять не может, кто я такой и откуда вообще взялся на его голову.
— Толя, а это что за парень? Женат? А квартира в Москве есть? А кем работает? Что в обкоме — я уже поняла, — засыпала меня вопросами про Андрея подружка.
Еле спровадил её на рейс. Ну и сам вскоре полетел.
И, кстати, по «приятному совпадению», в салоне моего самолёта обнаружился свежеприобретённый недруг — Реваз собственной персоной.
Сидит, правда, далеко, но меня заметил — это точно. Думаю, сейчас мысленно шлёт мне проклятия в спину на своём грузинском.
— Чего они все в Москву летят? Будто она резиновая, — ворчит старуха по соседству.
— И не говорите, Аглая Семёновна, — поддакиваю я пожилой женщине, с которой уже успел познакомиться.
Впрочем, я и сам из категории «понаехавших». Квартира в Москве у меня хоть и есть, но служебная. Правда, прописка постоянная, а значит, при должной сноровке и нужных знакомствах через пару-тройку лет её вполне можно будет «прихватизировать».
Именно прихватизировать, а не приватизировать. Потому что служебное жильё по закону передаче в собственность не подлежит, и любой грамотный юрист тебе это на пальцах объяснит.
Но я-то помню, как оно на самом деле будет. Вся номенклатура тогда свои хоромы мигом оформит на себя: кто через ведомство, кто через мэрию, а кто и вовсе непонятно через кого. Главное — успеть, пока вокруг бардак. И пока есть с кем договариваться.
Вот только что мне делать с кооперативной квартирой в Красноярске? Надо будет подумать.
Незаметно подкрался сон, и я даже отказался от обеда на борту. Ну её, эту аэрофлотовскую дежурную курицу с рисом — лучше чуток покемарю.
Рейс на Абакан только ночью, так что беру такси и тащу багаж домой.
Но бросать там сумки не спешу — продукты же, испортятся. Приходится по-быстрому запихивать всё это добро в холодос: и то, что бабуля насовала, и гостинцы от Виктора Семёновича.